Осколки неба

Ткань скользила по бедрам, вызывая мурашки, и Лиза чуть вздрагивала — так приятно было.

Ладони обхватили ягодицы, чуть сжали их, и Лиза не сдержала резкий, чувственный вздох, от которого глаза Володи потемнели, словно море перед грозой.

— Ты вообще сладкая, Лиз. Очень.

Сердце колотилось, когда она говорила, сама не понимая, откуда взяла эти слова, от которых между ног что-то тянуло и сжималось:

— Откуда ты знаешь? Ты же не пробовал…

Володя прижал ее к себе чуть теснее, и пальцы его — самые кончики, — проникли под белье.

Страх вспыхнул в ней неожиданно, как молния вспыхивает в небе, и Лиза вдруг закаменела, внезапно вспомнив, как Денис срывал с нее трусы, как бил по бедрам и ягодицам, как проникал в нее, как больно было…

Володя замер, почувствовав эту реакцию. Медленно убрал руки, опустил подол и сказал, глядя в полные отчаяния глаза:

— Пойдем ужинать, Лиз.

— Прости, — прошептала она, зажмуриваясь.

— Ничего, — он улыбнулся. — На самом деле ты очень вовремя, а то у меня уже мозги в другое место утекли. Не переживай, пока это сильнее тебя, но когда-нибудь все изменится.

— Конечно. Я уверен.

Мимолетно коснувшись губами виска Лизы, Володя ссадил ее с колен и сразу натянул футболку.

Она вздохнула — что ж, опять неудача, — и тихо спросила:

— Буду, — кивнул Володя, поднимая голову и улыбаясь ей. — И давай вместо макарон картошку пожарим. Для разнообразия.

Несмотря на случившееся, вечер прошел хорошо, и даже очень. У Володи после того, как Лиза растерла ему плечи и шею, явно улучшилось физическое состояние, и он вновь рассказывал ей разные забавные истории, пока она совсем не расслабилась и не забыла все тревоги.

Вспомнила Лиза обо всем только перед сном. И, вздохнув, призналась самой себе — дело не только в страхе перед близостью. Сейчас он настолько силен, что доминирует над всем остальным, но… Потом, когда он ослабнет — а Лиза верила, как и Володя, что это случится, — то ее будет гораздо больше волновать тот факт, что Володя не свободен. И что у них все может закончиться, так толком и не начавшись.

Сердце от таких мыслей кровью обливалось, но Лиза понимала, что бессильна повлиять на ситуацию. Володя сам должен решать, что делать дальше с ней и с Катей.

"Ну а случится, что он влюблен, а я на его пути — уйду с дороги, таков закон: третий должен уйти", — вспомнила она вдруг слова старой песни и чуть не расплакалась.

Ведь Володя, скорее всего, действительно любит свою Катю, а Лизу просто жалеет.