Вредность - не порок

Меня даже не заметил. Безобразие!

Но это поправимо. Пакостно улыбнувшись, я повела рукой, и на плоском диске, прямо перед носом у властелина, возник пузатый светлячок. Игриво подмигнул ему и рассыпался веером искр. Все-таки жизнь прекрасна!

Прореагировал он не сразу. Сначала закончил свои хитрые манипуляции и только после этого обернулся ко мне. Скорчил зверскую рожу и попытался дернуть за косу, но на положенном месте ее не обнаружил, досадливо хмыкнул и, подтолкнув меня к выходу, отправился портить аппетит Любе с Дармиром.

Правильно, не одной же мне голодать!

Забравшись в седло, я блаженно потянулась. Скоро мы еще на шаг ближе станем к дому. Подумать только, неужели я когда-то мечтала о приключениях! Впереди устроился Лап — ненадолго его обидок хватило! — и тут же отъел добрых полбутерброда. Я печально покосилась на жалкие остатки и великодушно скормила их коту. Похоже, завтрак сегодня обошел меня по косой дуге.

Что ж, в добрый путь!

— Ты теперь всегда так ходить будешь? — покосилась я на здоровенные черные крылья.

С ними Габриэль напоминал матерого коршуна. А пусть бы и ходил, мне нравится. И не мне одной. Линке вон настолько приглянулись черные крылья, что она прочно перекочевала к ангелу. И фиг он от нее теперь отделается!

— Ты что-то имеешь против? — мигом ощетинился их носитель.

— Она права, — неожиданно вмешался властелин. — Незачем дразнить окружающих. У нас и так проблем предостаточно.

Ну да, не каждый день встретишь вот так запросто разъезжающего ангела.

Даже на Великом пути. Все-таки эта раса живет крайне изолированно.

Дорога казалась однообразной. За время нашего путешествия я уже успела привыкнуть к постоянно изменяющемуся пейзажу вокруг, и восторга как-то поубавилось. Глазеть по сторонам с видом пятилетнего ребенка, впервые осознавшего, что мир, оказывается, не ограничен пределами его детской и привычными местами прогулок, я тоже перестала.

Зато появилось время провести наконец внутреннюю ревизию. Правильно, давно пора.

В последнее время меня не отпускает желание подойти к зеркалу и сказать: «Ксения, приятно познакомиться». Нет, ну как можно было дожить до совершеннолетия (без нескольких дней) и не знать даже собственного родового имени? Это ж кому сказать — не поверят. И тот портрет… Не то чтобы я воспылала к нарисованной на нем девушке родственными чувствами. Просто за без малого восемнадцать лет ни разу не удосужилась поинтересоваться собственными родителями.