Ребенок (не) от бывшего мужа

В былые времена, во времена нашей едва не зародившейся дружбы, я бы обязательно ему предложила отужинать или хотя бы чай с его любимым пирогом с вишней, но не сейчас.

Сейчас между нами была холодная война.

— Объяснись, — потребовала я, скрещивая руки на груди.

Макс молча присел напротив меня за обеденный стол и тяжело вздохнул. Ослабил удавку галстука и на мгновенье прикрыл свои зеленые глаза.

— Максим! — требовательно рявкнула я, заставляя его вздрогнуть и устало взглянуть на меня. — Что еще значит перенести свадьбу? Она назначена через две недели, на сколько перенести?!

— Что?! — прокричала я.

— Какого черта? Ты издеваешься?! Это еще ровно полгода! Ты убить меня хочешь?!

Возможно, конечно, только возможно, моя реакция была чрезмерной, но иной ждать было глупо. И если Макс ожидал другой, то сильно ошибся.

За последние месяц-полтора он в буквальном смысле измотал меня. Я уже не знала, куда деть себя и как спрятаться от этого рыжего чудовища.

— Можно не орать? — слабо протянул Макс, массируя виски.

Кажется, у него болела голова.

— Нет, не можно! — воскликнула я, поднимаясь со своего места. — Тебе весело, да? Думаешь, купил себе игрушку, рабыню, над которой теперь можно измываться, сколько душе угодно? Я не согласна! Я нигде не обязалась жить с тобой под одной крышей почти девять месяцев! Ты невыносим! И, вообще, почему это свадьбу вдруг стало нужным перенести?

— Просто так нужно, — попытался отмахнуться Орлов, явно не желая сейчас со мной ругаться. Ах, извините, пожалуйста, подожду, значит, когда у него будут силы на это? Да черта с два!

— Ну уж нет… — неожиданно я перешла на шепот, отчаянно мотая головой из стороны в сторону.

— Ни за что. Ни за какие деньги мира я не буду жить с тобой бок о бок еще полгода! У меня нет садистских наклонностей!

— Я сказал – так надо, — острее и жёстче произнес Макс, поднимая на меня тяжелый взгляд.

— Почему?! — Я встала напротив него со скрещёнными руками, требуя ответ и давая понять, что никуда не уйду, пока не получу его.

— Дело в твоем образовании.

— Мои пиар менеджеры объяснили, что это будет очень плохо для моей репутации.

— Что именно? — сквозь сжатые зубы, процедила я.

— Ну, вот, смотри, — начал Макс, ухмыльнувшись. Я сразу догадалась, что сейчас из его рта польётся очередная порция завуалированных оскорблений в мой адрес. — Закати мы сейчас вечеринку к помолвке и придется собрать кучу сливок общества и все, как один будут задавать мне один и тот же вопрос.