Ребенок (не) от бывшего мужа

— Я… я приехала работать в Москву. Через знакомую знакомых попала к вам в дом. Мне повезло и за меня заручились в агентстве, иначе не видать бы мне того места…

— А почему ты приехала в столицу работать, а не учиться?

Вот этот вопрос загнал меня в тупик. Я даже не подала документы в университеты. Сразу, как закончила школу, забрала аттестат, собрала немногочисленные вещи и поехала покорять Москву. Шутка. Зарабатывать деньги. Не все же было сидеть на шее у тетки.

— Ну… нужны были деньги, — я отвернулась, делая вид, что заинтересовалась меню.

Благо, руки были свободны, Мила спала в коляске рядом, я лишь изредка ее покачивала.

— И? — снова спросил Максим, явно неудовлетворенный моим ответом. — Можно было совмещать учебу и работу. Так делают тысячи студентов по всему миру.

— Я… — Я нервно потеребила кончики меню и отложила его в сторону. — Что ты хочешь услышать?

— Правду, — просто ответил Орлов. — Хотя я и так догадываюсь, что к чему.

— Ну, прояви свои таланты, Фрейд, — съязвила я, складывая руки в замок перед собой.

— Ты побоялась провалиться. Испугалась, что тебя не примут ни в один университет. Ты неуверенная в себе, это чувствуется за километр. Почему? Вот здесь я без понятия. То платье, что я видел тогда, в твоей комнате, оно действительно было достойно восхищения. Ты умеешь делать то, чему теперь пойдешь учиться официально. Но при этом ты почему уверена, что не умеешь этого делать. Не парадокс ли? — Орлов усмехнулся, а моему ответу помешал официант, принесший нам по чашке кофе.

— Знаешь ли… — Я собиралась было выговорить Орлову все, что думаю о его «психологических» способностях, но затем вдруг поняла, что он, собственно говоря, прав.

— Очень увлекательно, — сострил он.

— Однажды… однажды тетя Лида очень сильно разозлилась на меня, — тихо начала я, погружаясь в вспоминания многолетней давности. — Вообще, она почти всегда злилась, это было ее обычным состоянием, но в тот вечер я не сделала чего-то, что должна была. Не помню, что именно… то ли не подмела в доме, то ли не помыла посуду, хоть убей, не знаю, — я покачала головой, отворачиваясь.

— Она вернулась поздно, со второй работы, она подрабатывала в сборах урожая, чтобы скопить нам деньги к сентябрю... Я всегда добросовестно выполняла поручения и не только, потому что боялась наказания, но еще и потому, что всегда чувствовала себя обузой, которая должна отрабатывать свой кров и хлеб… Но в тот вечер я слишком увлеклась.