Раз и навсегда

– На самом деле мне было страшно, – призналась она, направляясь на задний двор, где решила держать животное на привязи до тех пор, пока не убедит Джейсона позволить ему заходить в дом.

– Но вы не подали и виду, а это очень хорошо: как только мужчина узнает, что женщина опасается чего-то, он злоупотребляет этим. Например, как только мой брат Карлтон узнал, что я боюсь змей, он тут же подложил одну в мой ящик, где я держала носовые платки. А когда я чуть не умерла от страха, мой брат Эббот подложил другую в мои бальные туфли.

Виктория содрогнулась:

– Я ненавижу змей. Сколько же у вас братьев?

– Шестеро, и каждый из них устраивал мне какие-нибудь гадкие вещи, пока я не научилась отвечать тем же. А у вас есть братья?

– Нет, только сестра.

К тому времени, когда мужчины закончили свои дела и присоединились к леди за ранним ужином, Виктория и Кэролайн Коллингвуд уже общались накоротке и все указывало на то, что они станут близкими подругами. Виктория рассказала графине, что объявление о помолвке с лордом Филдингом было ошибкой Чарльза, хотя тот исходил из лучших побуждений, и поведала также и об Эндрю. В свою очередь, Кэролайн сообщила ей, что мужа для нее выбрали родители, но по тому, как она говорила и как загорались ее глаза при одном упоминании лорда Коллингвуда, Виктория могла сделать вывод, что Кэролайн обожает его.

Ужин прошел за веселой беседой; Виктория и Кэролайн продолжали доверительно делиться воспоминаниями о своих детских шалостях. Даже лорд Коллингвуд рассказал им о своем отрочестве, и вскоре Виктории стало очевидно, что у всех троих – ее самой, графа и графини – была беззаботная юность под крылом любящих родителей. Что же до Джейсона, то он отказался поделиться воспоминаниями о своих детских годах, хотя, вне всякого сомнения, откровенно наслаждался, слушая их рассказы.

– Виктория, неужто вы и вправду умеете стрелять из ружья? – восхищенно поинтересовалась Кэролайн, когда два лакея принесли им соте из форели в масле и пряностях с нежным соусом.

– Да, – призналась девушка. – Эндрю научил меня, иначе ему не с кем было бы соревноваться при стрельбе по мишеням.

– И вам это удалось? Я имею в виду соревнование.

Виктория кивнула, и ее волосы в свете свечей засияли подобно золотому нимбу.

– Еще как! В это трудно поверить, но с первого же раза, когда он дал мне ружье, я прицелилась и тут же поразила мишень. Это оказалось вовсе не трудно.

– А после этого?

– Стало еще проще.

– А мне нравилось фехтование на шпагах, – призналась Кэролайн.