Раз и навсегда

Уже начинало светать, когда кучер маркиза Уэйкфилда остановил гарцующих серых в яблоках коней у дома номер шесть по Аппер-Брук-стрит. Ни Джейсон, ни Виктория за всю дорогу не промолвили ни слова, но когда девушка заметила, как Джейсон напрягся, она выпрямилась и огляделась, ища причину его тревоги.

– Чей это экипаж?

– Доктора Уортинга. Я узнаю его гнедых. – Джейсон быстро распахнул дверцу, выскочил из экипажа и бесцеремонно вытащил девушку, а затем помчался к подъезду, перепрыгивая через ступеньки и словно забыв о Виктории. Девушка подобрала длинные юбки и бросилась за ним. Когда бледный как мел Нортроп открыл парадное, ее охватила паника.

– Что случилось? – резко спросил Джейсон.

– Ваш дядя, милорд, – мрачно ответил старый дворецкий. – У него сердечный приступ. С ним доктор Уортинг.

– Боже мой! – воскликнула Виктория, в страхе цепляясь за рукав Джейсона.

И они вместе пустились бежать вверх по лестнице, а Нортроп крикнул им вслед:

– Доктор Уортинг просил без предупреждения не входить!

Джейсон только собирался постучать, как доктор Уортинг сам вышел к ним. Он плотно прикрыл за собой дверь и сказал:

– Я слышал, как вы подъехали.

– Ну и как он?

Врач снял пенсне и стал задумчиво протирать стекла. Наконец, глубоко вздохнув, он поднял голову.

– У него очень серьезный рецидив, Джейсон.

– Нам можно к нему?

– Да, но должен предупредить вас обоих: не делайте и не говорите ничего такого, что может взволновать его.

Голос Виктории задрожал:

– Он не… не…

– Рано или поздно мы все туда уйдем, дорогая, – сказал доктор с таким мрачным видом, что у Виктории подкосились ноги."

"Они вошли в комнату к находившемуся при смерти герцогу и встали по обе стороны изголовья. Прикроватная тумбочка была ярко освещена светом свечей, но Виктории все в этой комнате показалось таким же темным и пугающим, как ожидающая своего жильца отверстая могила. На одеяле лежала безжизненная рука Чарльза, и, глотая слезы, девушка взяла ее в свои ладони, отчаянно надеясь вдохнуть в него хоть капельку своей силы.

Глаза Чарльза судорожно приоткрылись, и ему с огромным трудом удалось сфокусировать взгляд на ее лице.

– Мое дорогое дитя, – еле слышно прошептал он. – Я не собирался отойти в лучший мир так скоро. Сначала мне хотелось увидеть, что вы счастливо устроили свою жизнь. Кто позаботится о вас, когда меня не будет? Разве у вас есть еще кто-нибудь, кто приютит вас и обеспечит всем необходимым?

Слезы градом текли по щекам девушки.