Ты только попроси. Сейчас и навсегда

Он целует меня, а незнакомые нам люди, оказавшиеся рядом, в восторге аплодируют проявлению такой пылкости. Несколько секунд я позволяю Эрику терзать мои губы. Ох! Мне безумно это нравится. Наконец Айсмен отстраняется и, глядя мне в глаза, говорит хриплым голосом:

– Это как в гонках, дорогая: кто не рискует, тот не выигрывает.

Я киваю. Он прав. Полностью отдавая себе отчет в том, что творю, я отвечаю, ошарашивая его:

– Так и есть, сеньор Циммерман. Проблема в том, что меня вы уже проиграли.

Его взгляд сразу же черствеет. Я поворачиваюсь и ухожу к машине зятя. Эрик стоит. Я догадываюсь, что он остолбенел от моих слов, но знаю, что продолжает наблюдать за мной.

4

Вечер. Я уже вернулась в Херес. Телефон просто разрывается от звонков. Я едва сдерживаю себя, чтобы не запустить его в стенку. Это Эрик, и он хочет со мной поговорить.

Я отключаю телефон. Тогда он звонит папе, но я отказываюсь отвечать.

В воскресенье утром я застаю сестру, прилипшую к экрану телевизора и увлеченно смотрящую мексиканский телесериал «Я твоя госпожа». Какой же бред!

Вхожу в кухню и вижу великолепный букет красных роз на очень длинных стеблях. Я проклинаю их про себя; я ведь знаю, кто их прислал.

– Посмотри, дорогая, какую прелесть тебе прислали! – говорит за моей спиной Ракель.

Поскольку мне не нужно даже спрашивать, от кого они, хватаю их и швыряю в урну. Сестра орет, словно бешеная:

– Что ты делаешь?

– Что хочу, то и делаю!

Она быстро вынимает розы из мусорного ведра.

– Ради всего святого! Это просто кощунство – выбрасывать такие цветы. Они наверняка стоили кучу бабок.

– Да пусть они стоят целый миллион, мне все равно.

Отворачиваюсь, чтобы не смотреть, как сестра снова ставит розы в вазу."

"– Ты даже не прочтешь записку? – настаивает она.

– Нет, и ты тоже, – отвечаю и, вырвав ее у нее из рук, бросаю записку в мусорное ведро.

Вскоре появляются отец и зять и смотрят на нас. Сестра опять мешает мне подойти к розам.

– Можете в такое поверить? Она хотела выбросить эту красоту в мусор!

– О да, я могу, – заверяет отец.

Хесус улыбается и, подойдя к сестре, чмокает ее в шею.

– Хорошо еще, что ты смогла их спасти, голубушка.

Я не отвечаю. Не смотрю в их сторону. Терпеть не могу все эти «сю-сю» типа «невестушка» и «женишок». Почему они ведут себя как дети?

Я разогреваю себе кофе в микроволновке и, выпив его, слышу, как звонят в дверь. Выругавшись, встаю – я готова сбежать в любой момент, если это явился Эрик. Уловив мое настроение, отец идет открывать.