С легким наваром

– Эй, ты что делаешь? Кто же на пол бросает? Места больше не нашлось? – возмущенно заорала Юля.

Вероника растерянно посмотрела на кучу вещей и, схватив их в охапку, плюхнула на диван.

– Юль, разбери, пожалуйста, у меня что-то настроения нет.

– Давай топай тогда отсюда, не мешайся, но с условием.

– С каким? – насторожилась Ника.

– Ужин готовишь ты, – выпалила подруга.

– У нас же договор, – попробовала отвертеться Вероника.

– В договоре не было статьи об эксплуатации меня в качестве горничной, которая обязана возиться с твоим барахлом, – тут же парировала Юлия и показала Нике язык.

– Ну и помело, – протянула та, но на кухню все же поплелась.

Но вдруг резко остановилась у порога и вернулась в комнату. Она начала разбрасывать вещи, пытаясь найти папку.

– Потеряла что? – поинтересовалась подруга.

– Да, Юль, увидишь черную папку, принеси мне ее на кухню.

– Хорошо, принесу, делов-то. Я уж думала, ты бриллиант в сто карат потеряла, вон как все расшвыряла.

– Да нет, папка чужая, боюсь потерять, – тут же нашлась что ответить Ника.

Папку Юлия нашла во второй сумке и принесла ее Веронике. Когда она пошла продолжать начатое, Вероника тихонько поднялась на второй этаж дома и запихнула папку под копию репродукции «Утро в сосновом лесу», которая висела на стене."

"«Береженого бог бережет, – подумала она, вспомнив про синие «Жигули». – Нужно побыстрее от нее избавиться. Завтра поеду к Софье Павловне в больницу и посоветуюсь, что мне с этой папкой делать».

Глава 25

Вероника проснулась оттого, что Дуся стаскивала с нее простыню и пронзительно визжала. Голова была такой тяжелой, что она не могла приподнять ее с подушки. В горле першило, а из глаз лились слезы.

– Что это за запах, Дуся? – прохрипела Ника, ощутив, что голос куда-то пропал.

Когда до нее дошло, что в доме нестерпимо пахнет газом, она тут же вскочила с постели и чуть не упала от головокружения. Увидела, как Дуська мечется от нее к двери и обратно. В зубах она держала орущего котенка. Ника подбежала и распахнула дверь настежь. Потом у нее в голове мелькнуло: «Юлька!» – и она быстрее пули бросилась в спальню.

Юля разметала волосы по подушке и, видимо, была без сознания. Ника схватила ее в охапку и потащила к окну. Как нарочно, шпингалет никак не хотел открываться, и Ника, не долго думая, схватила стул и запустила им в окно. Посыпались стекла, и окно наконец раскрылось. Ника положила подругу на подоконник и, схватив ее за ноги, перевернула и опрокинула наружу.