Наследница

– Поговори с портье, – попросила я Пруденс, – скажи, что я заплачу ему золотой, чтобы он никого к нам не пропускал.

Но портье, видимо, попался идейный и не интересовался презренным золотом, или же местные торговцы перебили ставку, а новость о брачном обряде наследницы дома Вишневских настолько поразила их воображение, что напрочь отбивала трезвый ум, но к обеду товарное безобразие приобрело масштабы стихийного бедствия. Мысленно представлялось, будто лавочники стояли вереницей в холле и за взятку сдавали снедь и мелочи, жизненно необходимые в свадебном обряде, а оттуда «дары» переправлялись к нам в номер, на глазах обраставший корзинами, коробками и ящичками.

– Какая симпатичная бумага для приглашений, – трогая кончиками пальцев плотные разноцветные картонки, прокомментировала Пруденс.

– Полагаешь? – вздохнула я и пригубила кофе.

Вид за окном напоминал разноцветную гравюру из сказки и располагал к медитации. Сквозь густое облако пробивалось солнце, воздух пронзали косые широкие полосы света, и белые стены молельной, укутанной густой зеленью, казалось, светились.

Жаль, что медитировать для успокоения, когда номер вонял, как кладовая едальни, где стухла вчерашняя похлебка, было просто невозможно, поэтому во мне росло и ширилось раздражение.

В дверь снова постучались.

– Наверное, снова что-нибудь принесли… – Пруденс с опаской покосилась на меня и тут же заключила: – Я их отправлю куда-нибудь.

– Восвояси, – посоветовала я, – прямым ходом.

Но когда она открыла дверь, то в номер, стуча каблучками, вошла принцесса.

На секунду она скривилась от открывшегося взору хаоса, но парой секунд погодя пропела:

– Как поживаете, нима Вишневская?

– Как видите… сытно, – поднимаясь, ошарашенно пробормотала я и нервически разгладила складки на полосатом домашнем платье.

– Аромат вашей комнаты чувствуется даже с лестницы.

– Хотите угоститься? – с любезной улыбкой предложила я. – Мы неожиданно перестали страдать от недостатка еды.

– Может, предложите моим гостям?

– Еще гости? – точно со стороны я услышала в своем голосе панику. – Почему вы пригласили гостей ко мне в номер?

Тут в гостиную из коридора повалили люди, и нам с Пруденс оставалось только наблюдать, как покои, похожие на городской рынок перед открытием, превращались в рынок в самом разгаре торга. Сначала в дверях появился похожий на каланчу тип в черном камзоле и бархатных панталонах, поразивших меня до глубины души.