История России с древнейших времен до наших дней

Кучум, неоднократно разгромленный русскими отрядами, покинутый своими союзниками, постаревший и почти ослепший, в самом конце века был убит в южных степях.

Теперь восточные пределы России были сильно расширены уже окончательно. В её состав входили один за другим сибирские народы. Россия все более превращалась в евразийскую державу. Из Западной Сибири пошел поток драгоценной пушнины, рыбы, иных товаров.

§ 7. Кризис власти. Конец династии РюриковичейВ конце жизни у Ивана IV оставалось трое сыновей. Старший, Иван Иванович, в отличие от больного отца был полон сил и энергии. Он показал себя храбрым на поле боя и смышленым государственным деятелем. Интриганы при дворе нашептывали царю, что наследник любим народом, что все ненавистники царя надеются на его приход к власти. Это ещё более раздражало царя. Между отцом и сыном часто вспыхивали ссоры. Иван IV вмешивался в личную жизнь сына, оскорблял его жену и однажды побил её. Наследник вступился за честь жены и пытался схватить отца за руки. Тогда тот нанес сыну смертельный удар тяжелым, окованным железом посохом. Через некоторое время Иван Иванович скончался. Тем самым царь сам подсек на корню династию Рюриковичей.

У следующего его сына — болезненного и богомольного Федора (1557–1598) не было детей. А ещё один сын — малолетний Дмитрий (1582–1591) был рожден от седьмой по счету жены царя боярыни Марии Нагой и имел мало прав на трон. Таким образом, царь сам создал в государстве кризис власти и предпосылки для будущих схваток за престол.

Царь пережил убитого сына ненамного. В начале 1584 г. его здоровье ухудшилось, тело стало пухнуть. По Москве ходили слухи, что фавориты Ивана IV Вельский и Годунов изводят царя отравой.

Иван Грозный предложил находившемуся при нем Борису Годунову сыграть в шахматы. Царь и Годунов сели за столик. Рядом никого не было. Годунов остался с больным царем один на один. Вдруг раздался крик. Когда дворцовые слуги вбежали в палату, царь бездыханный лежал на полу.

После смерти Ивана IV царский престол перешел к его 27-летнему сыну Федору. Это был тихий и богобоязненный человек. Он ненавидел жестокость и насилие, предпочитал проводить время в молитвах, за книгами, в беседах с учеными монахами. Но бедой было то, что многое дела он передоверял боярам, любимцам отца, в первую очередь Вельскому и Годунову. Л ведь это были люди, которые выдвинулись при Грозном на опричных казнях, душегубстве, мрачных дворцовых интригах.