Плохие намерения

Драка и погоня по всему городу за Лили не были моим самым умным поступком, но, похоже, я не мог держаться от неё на расстоянии. Это становилось проблемой.

Первая игра совпала с нашим с ней восемнадцатилетием. Я помнил, как тренер говорил мне, что между их днями рождениями разница всего в несколько дней. Восемнадцать — это тот возраст, до которого я считал дни, планируя послать дядю Джека к черту и начать собственную жизнь. Теперь было ясно, что он никогда не собирался этого допускать.

Документы о смене приемной семьи были на руках. Вступление в новую семью за несколько дней до моего совершеннолетия было чем-то вроде шутки, но Хэйд-Харбор и тренер Эрик Уильямс хотели победить в этом году, и будь я проклят, если весь город не сговорился, чтобы это произошло. Он сказал мне не беспокоиться и просто сосредоточиться на игре. У меня не было с этим проблем. Раньше меня никогда не волновало ничего, кроме игры.

Я смотрел, как Лили выходит из кухни, пока залпом пил воду. Ладно, это ложь. Существовала одна маленькая проблема с тем, чтобы сосредоточиться исключительно на игре. У нее были веснушки, глаза, горящие изумрудным огнем, дерзкий рот и развратный ум.

Тренер отдыхал со своей женой. Мы были в доме одни. Я поставил стакан в раковину и уставился на свое отражение в темном окне напротив. Мне нужно немного отдохнуть. Я должен оставить Лили в покое и сфокусироваться на игре. Я должен уважать правила тренера Эрика, касающееся команды и его дочери.

Я никогда не умел следовать правилам.

Я молча пошел за Лили.

Она как раз закрывала дверь ванной, когда я догнал её, и выставил ногу, чтобы помешать этому."

"— Какого черта? — пробормотала Лили, глядя в пол, ее нос сморщился от разочарования, как будто она ожидала обнаружить брошенный ботинок, блокирующий дверь. Увидев мою ногу, она замерла.

Я прошел вперед, прежде чем она успела запротестовать. Закрыв за собой дверь, я прислонился к ней и с громким щелчком повернул замок. В маленькой ванной это прозвучало как выстрел из стартового пистолета. Она уже включила воду, чтобы нагреть ее, и теперь вокруг нас клубился пар.

— Кейден, что ты делаешь? — Голос Лили был тщательно выверен.

Напряжение между нами было похоже на оголенный провод, способный обжечь одним прикосновением. Она тоже это чувствовала. Я знал это.

— Забираю то, что ты мне должна, помнишь? Наше пари. Ты проиграла.

Лили усмехнулась, ее щеки покраснели.