Плохие намерения

Я наклонился к ней, оказавшись прямо перед ее лицом, так близко, что искушение поцеловать ее вызывало физическую боль. Господи, как же я скучал по ней. Я скучал по ее прикосновениям, по ее телу. Больше всего я скучал по ее улыбке. Ничто не могло заставить меня чувствовать себя так, как Лили, одной своей улыбкой. Когда она улыбалась мне, я был непобедимым. Достойным спасения.

— Признайся, и мы сможем оставить это позади… просто скажи мне правду и никогда больше не лги мне. И я снова смогу доверять тебе. Я не стал произносить последнюю фразу вслух, она была слишком губительной. Неужели я простил Лили? Возможно, я простил её еще в раздевалке, когда она так красиво плакала, и вид ее слез разбил мое сердце. Но я не знал, как отмотать время назад. Я понимал лучше, чем кто-либо другой, что прошлое не изменить.

— Но видишь ли, Кейден… даже если я признаюсь, и ты примешь мои извинения, я никогда не прощу тебя. Я никогда не забуду, как ты обошелся со мной. Никогда. Так что, в конце концов, все это не имеет значения. — Лили произнесла последние слова мягким, убийственным тоном, а затем повернулась и вышла из закусочной.

32. Лили

В доме было тихо, когда я вошла. Я сотни раз прокрутила в голове, что скажу родителям, но легче мне от этого не стало. И, поскольку, я не придумала никакого волшебного ответа, то была в растерянности, совершенно не понимая, что мне делать. Нет, это было неправдой. Я знала, что мне делать. Я просто боялась.

Я провела в страхе большую часть своей жизни, и даже не осознавала этого, пока не встретила Кейдена. Теперь мне негде было спрятаться. Он вытолкнул меня на свет, и я никогда еще не была так напугана. Я боялась разочаровать своих родителей и учителей, нанести ущерб репутации отца в школе и не оправдать ожиданий тех, кто возлагал на меня надежды. Я не чувствовала себя готовой столкнуться с этим грузом проблем, и все же, благодаря проклятому Кейдену Уэсту, у меня не было выбора.

— Лили? Мы здесь. — Голос отца донесся до меня из кухни.

Я скинула кроссовки у двери и пошла по коридору навстречу приговору.

На кухне над столом горел свет, и мои родители оба сидели там. Как только я встретилась с обиженным взглядом мамы, мне захотелось заплакать. Черт бы побрал Кейдена за то, что он спровоцировал этот разговор. Когда-то это должно было случиться. Я проигнорировала голос разума в голове и направила свою ненависть на единственного человека, которого могла винить. Гребаного Кейдена.