Александра - наказание господне

Днем здесь работал секретарь князя Петр, переписывал бумаги, просматривал почту. Саша, иногда помогавшая разбирать ему посылки с книгами, знала, что последние, пришедшие накануне Рождества, остались нераспакованными, так как Петр уехал на праздники в свою деревню навестить матушку.

Большинство книг были на английском и французском языках, попалась одна или две на латыни, но оказались среди них и несколько на русском. Саша отложила их в сторону. Тут были полные издания «Евгения Онегина» и «Бориса Годунова» Александра Пушкина, а также «История государства Российского» Карамзина.

Внезапно ее взгляд остановился на небольшом томике.

«Айвенго», – прочитала она заголовок, выведенный старинным латинским шрифтом, и взяла книгу в руки. Давным-давно, в детстве, точно такой же томик подарил ей молодой тогда хозяин этого кабинета. По нему она училась читать по-английски, порой даже засыпала над ним и берегла как зеницу ока, ибо все эти годы он был для нее своеобразным талисманом, помогающим не терять надежды на встречу с любимым.

..

Прижавшись щекой к обложке, Саша вдохнула знакомые запахи хорошей бумаги и типографской краски, напомнившие ей детство, счастливое, безмятежное время, наполненное ожиданием чуда и радостью от предвкушения исполнения всех твоих желаний...

Саша сложила книги в стопку и задула свечу. Темные громады книжных шкафов были теперь хорошо заметны на фоне посветлевшего окна. Не успела девушка сделать пару шагов, как услышала, что дверь кабинета открывается.

Она метнулась назад. Раздался голос князя: «Где эти мерзавцы? Немедленно веди их сюда!» Саша прильнула к щели между шкафами. Адашев был тоже в халате и нервно ходил по кабинету, заложив руки за спину. Слабое пламя свечи высветило небритые с утра щеки и слегка ввалившиеся глаза. Губы его были крепко сжаты и кривились в презрительной усмешке.

В комнате было прохладно, Саша почувствовала, что ее зубы начинают потихоньку выбивать дробь. Тем временем в коридоре послышался сильный шум и женский визг.

Двери распахнулись, Верменич втолкнул в кабинет баронессу, а следом втащил за шиворот Кирдягина.

Адашев, опустившись в кресло, сурово посмотрел на невесту:

– Жду ваших объяснений, сударыня, по поводу инцидента в вашей спальне.

– Кирилл, – баронесса залилась слезами и опустилась перед ним на колени, – это какое-то недоразумение, подлый розыгрыш, который преследует единственную цель – разлучить нас.