Александра - наказание господне

А Павел Верменич окажется жалким лгуном и интриганом. Мой тебе совет, не поднимай пока шум. Приглядись к ней и ее кузену. Возможно, я ошибаюсь и буду потом всю жизнь каяться, что помешал твоему счастью. – Приятель подошел к Адашеву и вдруг опустился перед ним на колени, взяв его руки в свои ладони. – Потерпи немного, я все узнаю об этой милой парочке. Есть у меня знакомые дамы, которым дай волю, они тебе за два дня полный отчет по обеим столицам составят: кто, с кем, когда и сколько раз...

Кирилл внимательно смотрел на друга и печально улыбнулся:

– Как бы мне хотелось, чтобы все это оказалось неправдой.

Если бы ты только знал, насколько отвратительною я себя чувствую! Словами это не передашь! Совсем кажется, мозги набекрень съехали! Помнишь девочку около коновязи? Не выходит она а у меня из головы!..

– И поэтому решил забыться в Сашиных объятиях? – Павел поднялся с колен. – Вот это уже баловство! Недостойно и гадко вести себя подобным образом с бедной девушкой.

– Только не надо считать меня последним подлецом.

Я уже повинтился перед ней...

– Ты только по этой причине ей от места не отказал?

– Честно сказать, – смутился Адашев, – я забыл, зачем ее приглашал. Но, с другой стороны, пожелай я это сделать, вы же все со света меня сжили бы...

– И ты туда же, старая? – жалобно простонал Кирилл. – Этого ведь Пугачевский бунт, не иначе!

– Пугачевский бунт у меня в желудке, братец – воскликнул, радостно улыбаясь, Павел. – Я ведь не зря разговор про колбасы да вареники затеял. Есть я захотел, ну, просто невмоготу терпеть было! А за беседой все и забылось вроде.

– Ну, я пойду, – Агафья, прищурившись, вгляделась в мужчин, с аппетитом уплетающих под холодное молоко еще горячие пряженцы. – Матвей прислал парнишку. Велел передать, что у Дарьи двойня на этот раз, а Саша пока там задержится, возможно, до вечера. За роженицей понаблюдать.

Князь, не поднимая глаз, глухо произнес:

– Хорошо. Иди отдыхай. Мы тоже скоро Павлом разбежимся.

А Павел, ухмыльнувшись, добавил:

– Только «туточки» больше не ходи, мы уже закончили во всем разбираться!

Агафья, поджав губы, одарила его красноречивым взглядом и вышла из кабинета.

Верменич взял очередной пирожок. Откусил, медленно прожевал и задумчиво посмотрел на друга:

– Еще вечером я желал поскорее покинуть твой дом, но сдается мне, нужно остаться еще на денек. Очень меня интересует одна вещь. Заметил я, князь, что у твоей гувернантки пятна эти замечательные на руках и на шейке то появляются, то исчезают.