Александра - наказание господне

Адашев, прикинув время, оставшееся до Рождества, подумал, что борзой Верменича так и не суждено будет поселиться в его псарне. Но вслух сказал другое:

– Насколько я помню, иглу – это жилище самоедов. Неужели вам и их детей приходилось воспитывать?

– Извините, ваша светлость, но если ваши сыновья унаследуют и ваше чувство юмора... – гувернантка поджала губы. – Надеюсь, я ответила на все ваши вопросы и могу уйти к себе?

– Я прошу вас остаться еще на несколько минут. Мне бы хотелось более подробно узнать о вашем прошлом.

Например, интересен факт вашего знакомства с семейством Волоцких...

– Я некоторое время была учительницей дочери графа.

– Вы жили за границей?

– Почему вы так решили?

– Мне известно, что Волоцкие совсем не давно вернулись в Россию...

– Да, я жила некоторое время в Европе.

– А в России вам не пришлось с ними увидеться?

– Конечно, я как раз гостила у них, когда услышала о том, что вы ищите гувернантку для своих сыновей.

– Я надеюсь возобновить знакомство с графом Василием и графиней Ольгой.

Они интересные, милые люди...

– К сожалению, графиня умерла три года назад.

– Не может быть! – Адашев вскочил с кресла и, нервно потирая руки, прошелся по кабинету. – Молодая, прелестная женщина и вдруг умерла!

– Лихорадка никого не щадит, ни мужчин, ни женщин.

Князь удрученно покачал головой.

– Жаль, очень жаль, но неисповедимы пути Господни, и мы бессильны перед его волей! Он вновь опустился в кресло. – Их дочь Александра, надеюсь, в добром здравии? Один мой приятель, да вы его знаете, Павел Верменич, собирается нанести им визит в скором времени и приглашает меня сопровождать его.

Он горит желанием познакомиться с молодой графиней и, если повезет, предложить ей руку и сердце...

От неожиданности Саша побледнела, тело ее сковало холодом. Каким-то замороженным голосом она произнесла:

– Граф без предварительного приглашения никого не принимает, и насколько я знаю, графиня Александра собиралась на всю зиму в Петербург.

– Тем лучше. – Князь взял со стола колокольчик и позвонил.

На пороге появился Прохор, и Адашев велел принести чай. Саша вздохнула. Допрос затягивался, кабинет уже не казался ей таким уютным, а его хозяин – доброжелательным. Откуда вдруг этот интерес к ее семье? Или он узнал о затеянной ею авантюре и теперь играет с ней в кошки-мышки?

Прохор принес чай. Еще месяц назад Саша и думать не думала, что будет сидеть за одним столом с Кириллом Адашевым, спокойно разговаривать с ним, холодея от страха, что ее вот-вот разоблачат.