Ночь над прерией

Квини после такого сильного нервного напряжения с удовольствием бы смеялась вместе с ним, однако уже светало, и она думала о том, что ей после этой сумасбродной ночи надо идти в школу.

В доме послышалось движение, и показался Стоунхорн.

С порога отворенной двери следил он — руки в карманах брюк — за своей молодой женой на незанузданном бронке без седла, и, лишь заметив, что она не может направить жеребца в загон, он сначала открыл его, затем прыгнул позади Квини на животное, заставил ее соскользнуть и въехал в загон. Он тщательно закрыл его, осмотрелся вокруг, заметил ведро на дереве, окровавленный нож, следы человеческих ног на траве и спросил:

— Что же тут произошло?

Квини задним числом стало дурно. Джо отнес жену на кровать и развел в печке огонь.

Прошло несколько минут, прежде чем Квини смогла говорить и все рассказала.

— Это моя вина, — сказал он, когда обо всем узнал, — но теперь это уже не так часто повторяется. Я был не в себе. Возможно, я бы совершил в доме что-нибудь такое, что подвергло бы тебя опасности. Поэтому я и закрылся. Но все прошло благополучно. Только шишки под волосами. Сегодня явится комиссия! По колодцам. Они хотят ознакомиться с местностью.

Джо и Квини поджарили рыбу и съели ее на завтрак. Квини поехала в школу на кабриолете, потому что Стоунхорну ни в коем случае нельзя было покинуть дом: могла прийти колодезная комиссия. По пути Квини обогнала школьный автобус. В школе она посреди урока литературы побледнела и осунулась. Ивонна свела ее в медпункт и осталась там с нею. Квини выпила несколько глотков холодной родниковой воды, больше она не хотела. Она легла на спину и положила руки на живот, в котором она уже ощущала движение новой жизни. Она улыбалась и казалась счастливой.

Так как в ее распоряжении был автомобиль, она возвратилась домой раньше обычного.

Уже с шоссе в долине она увидела много автомобилей, припаркованных перед домом Бутов, и некоторые из них узнала:» Форд» Эйви, «Студебеккер» Айзека, старый высокий кузов автомобиля, принадлежащего Джимми Уайт Хорсу, служебную машину суперинтендента и один ей неизвестный «Форд». Когда она поравнялась с домом Бутов, из него вышел Стоунхорн и подал ей знак подъехать. Стоунхорн несколькими движениями руки показал ей, как половчее пристроиться, чтобы не засесть в болото.

Он вышел навстречу, чтобы провести ее в дом, и при этом сказал:

— Колодезная комиссия. Ты можешь их вместе со мной послушать. Они говорят уже более двух часов, но теперь, кажется, собираются заканчивать.