Ночь над прерией

Гарольд остановился, выбрался из машины, захлопнул дверцу и подошел к старой женщине.

— Твоих детей нет? — спросил он, видимо подразумевая Джо и Квини.

Бабушка не ответила, но посмотрела на молодого человека так, будто ждала объяснения такому любопытству.

— Вам, конечно, не надо так далеко ездить за водой. Вы можете ее брать у нас. В колодце воды хватает. Вы можете и лошадей на водопой приводить к нам. Это велел передать отец. — Гарольд бросил взгляд на Пегого. — Было бы жаль дорогое животное.

Бабушка спокойно кивнула.

Гарольд снова залез в свой «Фольксваген», развернулся и, виляя по высохшей с колеями дороге, медленно поехал вниз.

Бабушка через несколько минут вошла в дом и сообщила Квини, что сказал Гарольд Бут.

Квини села на кровати, сложив руки.

— Ему что-то должно быть известно, иначе бы он не приехал, — сказала она. — Если Стоунхорн сегодня к вечеру не вернется, я поеду завтра в агентуру.

— Они могут спрятать человека, но не машину, — ответила бабушка. — Ты это увидишь, моя дочь, таковы они!

Через час после того, как появился и исчез Гарольд, на дороге внизу показались два автомобиля: служебная машина и кабриолет Стоунхорна.

Оба свернули на боковую дорогу и друг за другом поднялись наверх, к хибаре Кингов. Из автомобилей вышли мужчина средних лет, одетый добротно, но демократично-небрежно, и юная, даже очень юная, девушка. Мужчина вышел из автомобиля Стоунхорна, девушка вела служебную машину.

Квини стояла на пороге дома, бабушка была в помещении. Приезжие поздоровались:

Квини, как обычно, ответила теми же словами.

— Браун, — представился мужчина, и Квини поняла, что это тот, кто замещает Хавермана. — Мы возвращаем автомобиль. Привет вам от мужа, он на несколько дней поехал в Нью-Сити и Карнивилл, суперинтендент повез его на своем автомобиле.

Браун держал руки в карманах и озирался по сторонам. Медленно подошел он к огороженному выгону, где находились пегий жеребец и кобыла. Два других животных паслись на воле.

— Хорошее начало, хорошее начало! Цена на таких животных поднимается. Действительно, хороший новый почин! — Он широко улыбнулся Квини, как учитель, который счастлив, что может похвалить своего выросшего ученика. — А вот это — мисс Томсон — секретарша шефа, — представил он худенькую, темноволосую, лет двадцати, хорошенькую и на вид интеллигентную девушку, но на Квини это не произвело впечатления.

— Сколько же у вас теперь земли? — Браун стал по-деловому немногословен, ни дать ни взять — заботливый попечитель.