Ночь над прерией

— Хэлло, Квини, — как раз в этот момент обратилась к ней Кэт Карсон. — Не набросаете ли вы нам несколько акварелей о родео? Вы же художница! Это было бы кое-что для моего отдела, да и Холли тоже интересуется современным индейским искусством. Не сделали ли вы каких-нибудь эскизов?

— Да… кое-что… немного. Только в голове.

— И когда это появится на бумаге?

— Я не знаю. Я как-нибудь попытаюсь, может быть…

— Сколько же вы получаете за одну картину? — поинтересовалась подруга Гарольда.

— Я редко продаю. Я еще учусь.

Квини взяла сухарик, и ей захотелось поскорее расстаться с этой компанией.

Как только Стоунхорн вернется — она спасена.

Кэт Карсон угнездилась в кресле по соседству с Бесси и нацелилась на нее. Она пришла в хорошее настроение и подыскивала калибр, которым бы пробить ее солидную жировую прокладку.

— Миссис Фокс, вы уже обосновались здесь, на ранчо? В нашей резервации живется совсем не так плохо. Не правда ли?

— Для меня совершенно ясно, а после этой ужасной ночи — тем более, что дикая атмосфера Дальнего Запада делает меня совершенно больной.

Квини наблюдала за Бутом.

Гарольд чувствовал себя обиженным.

— Ты просто устала, — накинулся он на свою возлюбленную. — На самом деле ты говоришь совсем не то, что думаешь, а наше ранчо ты даже еще не видела.

— Но тут же прерии! Ни отеля, ни ресторана, ни кино, ни театра, ни приличного магазина, ни клуба и вообще ничего, ничего, что необходимо цивилизованному человеку, и, кроме того, рядом ничтожный Нью-Сити, который становится Содомом и Гоморрой, как только туда приглашают какую-нибудь бит-группу да забредает несколько гангстеров, — и вообще… а потом еще… Это верно, миссис Кинг, что мы с вами должны быть соседями?

— Гарольд, я думаю, этот богом забытый угол для такой женщины, как я, не подходит.

Гарольд Бут помассировал палец. Он не хотел развивать эту дискуссию в обществе. Кэт Карсон подала Бесси Фокс еще кусок пирога, и та, конечно, съела его. Гарольд нервничал, когда видел Бесси за едой. Его воображение рисовало ему семейные сцены, которые ему пришлось бы переживать, если бы Бесси пробыла более суток на ранчо.

— Если хочешь, — умиротворенно сказал он ей, — я тебя прямо сегодня отвезу обратно в Нью-Сити.

Бесси проглотила пирог и попросила Хавермана подержать зажигалку для очередной сигареты. Хорошо рассчитанным движением она скользнула назад в свое кресло.