В отсутствие начальства

Улучив минуту, папаша спросил у сына:

– Я читал в газетах, что в Вене застрелился полковник Редль, пойманный на шпионстве. Он был ваш агент? Вы там даже полковников вербуете, ловкачи?

Павел ответил, осторожно подбирая слова:

– Вернер – новый полицмейстер Смоленска, Продан – подполковник из контрразведки, – заговорил Белецкий. – Это я догадался. А вот кто такой Сферин?

– Старший адъютант штаба Тринадцатого армейского корпуса, – пояснил вчерашний отпускник. – Помнишь, я тебе о нем рассказывал? По делу Мапететт.

– Это когда твоего грека чуть в каторгу не укатали? Помню, как не помнить.

Алексей Николаевич почувствовал боль в темени, что предвещало большие хлопоты.

– Что ж… Надо ехать.

Белецкий вынул заранее приготовленный приказ о командировке.

– Военный министр уже телефонировал нашему, просил командировать именно тебя. Когда Азвестопуло вернется из отпуска?

Сергей с женой укатили в Париж через Вену, оставив детей бабушке.

– К первому августа.

– Справишься там один? – Степан Петрович посмотрел на подчиненного с сомнением. – Вдруг ты на отдыхе расслабился, нюх потерял? Могу дать Анисимова.

– Он аналитик, а там скорее нужен сыскарь. Справлюсь.

Глава 13. Происшествие с Генерального штаба капитаном Сфериным

Вот опять смоленский вокзал и опять силуэт Успенского собора, даже издалека поражающий своим величием… Лыков по-молодецки спрыгнул на перрон и протянул руку встречавшему его Грундулю:

– А где Моисеев? Зазнался?

– Его то и дело вызывают в Тулу свидетелем на суд, по старым делам, – обелил начальника коллежский регистратор. – В его отсутствие я за главного. Полицмейстер вас ждет, Алексей Николаевич. Едемте к нему.

– Что у вас за вновь открывшиеся обстоятельства? – спросил питерец, усаживаясь в казенный экипаж.

– Разрешите доложить там, все сразу.

До самой Королевской улицы сыщики ехали молча. Лыков видел, что его спутник нервничает, но сдерживается.

В знакомом кабинете питерца встретил моложавый капитан с аннинским темляком на шашке:

– Фон Вернер Борис Васильевич. Много слышал о вас, рад познакомиться.

Из угла шагнул Продан, пожал руку:

– Коричневый, будто с моря приехал… А я вот без отдыха.

На этот раз подполковник был в мундире.

Все расселись, и командированный вопросительно посмотрел на Игоря Алексеевича:

– Ты старший в чине, вот и рассказывай.

Но первым заговорил Грундуль:

– Неделю назад ночью вдруг загорелся дом покойной Мапететт. Если помните, Зараковский в свое время поручал Вячису его спалить.

– Но лифляндец в тюрьме.