В начале пути

А главное, он уже давно это сделал бы, да подлое дворянское семя не дает ему осуществить прекрасные замыслы.

Ну а как же иначе? Уже в первый год после своего исцеления он издал указ о трехдневной барщине. Ходили слухи о том, что он даже щедро одаривает крестьян землей. Просто развернуться во всю ширь ему не дает знать. В стране время от времени случались бунты, и подавлялись они войсками безжалостно. Однако ни разу не прозвучало хулы в адрес императора.

В научной среде молодой император также пользовался уважением, а уж в Саглине и подавно.

Щедрое финансирование, забота о быте, поступление всех самых новейших трудов. Разумеется, в первую очередь все шло сюда, в исследовательский институт. Однако люди не были заперты здесь и имели возможность общаться со своими коллегами в университете и академии, поэтому знали, что широкую поддержку приобрела наука в целом. Иноземные ученые, не нашедшие понимания на родине, всегда могли рассчитывать на гостеприимство российского императора. Ну и как саглиновцы должны были относиться к Петру после всего того, что он делал?

– Андрей Константинович, ты все так же уверен, что мне необходимо посещать ваши собрания? – когда они наконец оказались в кабинете ректора, поинтересовался Петр.

Вообще-то собрание еще не закончилось, но Петр предпочел удалиться, сильно подозревая, что его присутствие и спровоцировало столь бурную дискуссию. Вместе с ним ушел и Нартов, препоручив обязанности председательствующего своему заместителю.

– Прошу прощения за случившееся, Петр Алексеевич.

Но я осмелюсь настаивать на твоем присутствии и в дальнейшем. Им просто необходимо зримое подтверждение того, что их дела оценены по достоинству.

– Ладно. Пусть будет по-твоему. Да не вздумай никого хулить.

– Не буду, Петр Алексеевич.

– Тогда хвастай, чего успели добиться. Ну что опять не так-то? – Видя, что Нартов замялся, Петр в возмущении даже откинулся на спинку кресла.

– Петр Алексеевич, а нельзя ли сделать так, чтобы те, кто добился успеха, сами тебе обо всем и доложили?

– Опять за свое? Или ты не в курсе, чего твои молодцы напридумывали?

– Отчего же, в курсе, – насупился Нартов.

– Андрей Константинович, ну не могу я каждый раз терять время, чтобы лишний раз похвалить твоих подопечных.

– Ты меня неправильно понял, государь. Конечно, доброе слово и кошке приятно, и это возымеет свое влияние на крепость духа и подстегнет усердие. Но главная причина не в этом. Порой у нас появляются некоторые вопросы, в решении которых ты мог бы оказать помощь.