Заявление на увольнение

Лишь бы не чувствовать всю ту неловкость момента, которую чувствую прямо сейчас.

Я смотрю на него. Он такой красивый. Смотрю на его точеные губы, ровный нос, угловатые скулы.

Мне почему-то так больно в душе.

Зачем я только полезла к нему? Я не знаю, как быть дальше. И вернутся во времени, чтобы изменить прошлое я тоже не могу.

Я пытаюсь глазами отыскать свою одежду. Но все это тщетно.

Мне страшно себе представить, какие мысли посещали его голову, пока я спала. А вдруг я храпела всю ночь? Или того хуже пускала шептуны.

Боже, как же стыдно!

Мне, наверное, надо сейчас еще что-то казать. И желательно чтобы это что-то было правильным.

— Надеюсь, что тебе хотя бы понравилось, — нервно хихикнув я натягиваю одеяло повыше и прижимаю к себе.

Знаю. Я, как обычно не вовремя шучу. Ну как уж без этого. Тем более, судя по Алисе, я понимаю, что его девушки до этого были явно другими. И опыт с такой женщиной как я у него первый.

Тим ничего не отвечает. Он молчит. А я уже лежу на самом краю кровати. Хоть зубами цепляйся за матрас.

— Я могу попросить тебя принести мне какой-нибудь халат? — мне нужно встать и хоть чем-нибудь прикрыться, чтобы начать собираться.

— Тебе не нужен хала, — он подвигается ко мне ближе и берет за руку немного сжимая ее. Мне нравится, когда так, — он проводит рукой сверху от талии вниз к бедру, попутно сбрасывая с меня одеяло.

Я сглатываю.

Неожиданно.

— Так холодно, — еле сдерживаю улыбку.

Улыбаться хочется, потому что это приятно слышать от него.

— Я согрею, — одним движением он притягивает меня к себе.

Хочется подольше остаться в этом моменте.

— Ты знаешь Тим, а ведь ни один мужчина так не любил меня ночью, как это делал ты, — я прижимаюсь к нему всем телом в ответ.

Меня так и тянет на какое-то откровение.

— У тебя их было так много? — спрашивает и касается губами кромки моего уха. От этого немного щекотно."

"— Трое… Первая влюбленность и первый сексуальный опыт. Вторые с биологическим отцом Вани. Это были больные отношения.

Честно говоря, тут особо и хвастаться нечем.

— А третий кто?

— Третий… ты, — я улыбаюсь и поворачиваюсь к нему лицом.

— В жизни бы не подумал.

— Мне можно не рассказывать какая я по счету, — я снова отворачиваюсь от него спиной. Не хочу этого знать.

Мне и одной Алисы хватит для сравнения.

Несколько минут от тянет с ответом, затем все же отвечает.

— Ты единственная.

— Да прям. Не ври, — хмыкнула я.

— Я и не вру. Просто не помню больше никого.