Крымский излом: Крымский излом. Прорыв на Донбасс. Ветер с востока

Слова, которыми в телефонном разговоре, случившемся по этому поводу, обменялись Адольф Гитлер и румынский диктатор (кондукатор) маршал Ион Антонеску, никогда не публиковались ни в немецких, ни в румынских словарях. Особую пикантность этой истории придало то, что в Констанце попала под удар советского десанта и бесследно сгинула группа высококвалифицированных немецких инженеров, прибывшая пять дней назад в Констанцу для скорейшего проведения пусконаладочных работ на местном НПЗ. Бензиновый голод, продолжавший терзать фашистскую Германию, с каждым днем лишь усугублялся. И конца ему пока видно не было.

Советский вождь, напротив, получив известие об успешном начале операции, находился в наилучшем расположении духа и, поздравив адмирала Ларионова, попросил его лишь:

– Не поддавайтесь эйфории, товарищ Ларионов, и не зарывайтесь. Как говорил Владимир Ильич Ленин, лучше меньше, да лучше.

Лучший друг советских физкультурников знал, о чем говорил. Зимняя кампания 1941/42 годов, начавшаяся контрнаступлением Красной армии под Москвой и продолжившаяся разгромом группы армий «Юг», должна завершиться еще одним сокрушающим ударом по немецко-фашистским захватчикам. Вызволить из блокады Ленинград и на полную мощь использовать для достижения победы его промышленный потенциал – вот та задача, которая в первую очередь стоит сейчас перед РККА.

А Констанца… Констанца – это всего лишь отвлекающий удар и полигон для отработки «современных» высокотехнологических десантных операций. Когда-нибудь Красной армии пригодится и этот опыт. Поэтому, выполнив задачу, десантное соединение должно отойти, по возможности без потерь…

26 февраля 1942 года, вечер.

Восточная Пруссия. Объект «Вольфшанце», ставка фюрера на Восточном фронте

Присутствуют: рейхсканцлер Адольф Гитлер, рейхсмаршал Герман Геринг, глава ОКВ генерал-фельдмаршал Вильгельм Кейтель, министр вооружений Альберт Шпеер, министр иностранных дел Иоахим фон Риббентроп, министр пропаганды Йозеф Геббельс

Возмущенные вопли рейхсканцлера оглушили всех приглашенных к нему на аудиенцию. Истерика фюрера была вызвана неблагоприятным развитием событий на фронте. С самого начала кампания на Востоке пошла не так, как планировалось. Но в последнее время высшее руководство рейха было окончательно сбито с толку.

Немецкой разведке никак не удавалось установить место будущего зимнего наступления большевиков, последнего перед началом весенней распутицы. А в том, что такое наступление неминуемо, не сомневался никто.