Крымский излом: Крымский излом. Прорыв на Донбасс. Ветер с востока

Москва. Посольство США в СССР

Помощник и личный представитель президента США

Гарри Ллойд Гопкинс

Вот и снова я в столице Советской России. Только мое нынешнее путешествие в Москву не было похоже на то, которое я совершил летом 1941 года. Большую часть суточного перелета над Арктикой я тогда пробыл в хвостовом отсеке летающей лодки «Каталина», в кресле пулеметчика. Слава богу, что меня не заставили тогда вести наблюдение за воздухом и стрелять из пулемета. Продрог я качественно и был еле жив, когда наша летающая лодка приводнилась в Архангельске.

В этот раз мой маршрут был более комфортным, но и более долгим. Четырехмоторный бомбардировщик В-24 «Либерейтор» с несколькими промежуточными посадками доставил меня в Москву через Аляску, Камчатку и всю Сибирь. Я даже не упомню все те города, в которых мы совершали посадки. Маршрут через Лондон, в связи с последними изменениями в британской политике, был сочтен неуместным. Это дело только между нами и Советами."

"Зимой русская столица выглядела так же величественно-прекрасно, как и летом. Я отметил лишь, что по сравнению с прошлым годом москвичи стали выглядеть не такими озабоченными. По всей видимости, это связано с поражением немцев под Москвой и на юге России. Кстати, как мне сказали перед вылетом, активность немецкой авиации над Британией тоже упала. Вероятно, сказались большие потери люфтваффе на Восточном фронте. Встречавший меня на аэродроме в Москве второй помощник посла Льюэллин Томпсон шепнул на ухо, что, по его данным, немецкое военно-морское командование весьма встревожено прорывом из Черного моря в Средиземное, а оттуда – в Атлантический океан эскадры русских кораблей. Самое удивительное заключалось в том, что часть этих кораблей шла под военно-морскими флагами СССР, а часть… под флагами царской России. Объяснения такому феномену пока не получены.

Из американского посольства, расположенного в двух шагах от Кремля, в Китай-городе, я отправил в советский МИД просьбу о встрече со Сталиным. Помимо всего прочего, в этой просьбе говорилось о том, что я привез с собой послание мистеру Сталину от президента Рузвельта, которое я должен вручить адресату лично. Ответ из советского МИДа пришел в тот же день через несколько часов. Сталин назначил мне аудиенцию на следующее утро.

5 февраля 1942 года, 08:05. Москва, Кремль.