Крымский излом: Крымский излом. Прорыв на Донбасс. Ветер с востока

Если бы у него был пистолет, Гудериан непременно бы застрелился, здесь и сейчас. Но пистолет у него отобрали, так что чашу позора предстояло испить до дна.

– Смотри, – на ломаном немецком языке сказал ему один из русских, скорее всего командир, силой повернув его голову в сторону поля битвы. – Смотри и запоминай! Кто с мечом к нам придет, от меча и погибнет!

16 января 1942 года, 13:15.

Северная Таврия, окрестности поселка Чаплинка

Командир танкового батальона майор Деревянко

Прижимаю ларингофоны к горлу и произношу:

– Я Первый, немецкие трубачи нейтрализованы, концерт начинается!

Меня слышат все, и танкисты в Т-34 и КВ, и морские пехотинцы в БМП-3Ф.

У морпехов сегодня особо ответственная задача. Только они на скорости в пятьдесят километров в час могут охватить фланги гитлеровского соединения и поставить его ядро под перекрестный огонь своих пушек. Преимущество в скорости должно сыграть решающую роль."

"Пока я смотрел, как, поднимая вихри снежной пыли, рвут вперед бээмпэшки, наводчики открыли огонь по центру немецкого строя. Оперенные бронебойные снаряды с вольфрамкерамическим сердечником для немецких «четверок» – безумная роскошь. Поэтому в ход пошли учебные болванки из того комплекта, который мы рассчитывали потратить на тренировки сирийских коллег. Точно такие же Лаврентий Палыч обещал нам изготовить на советских заводах. Болванка запросто срывает с немецких танков башню или проламывает лобовой лист. А суперпупербоеприпасы дождутся первых «Тигров».

Один за другим в центре немецкого строя вспыхивают танки. Огонь с двух тысяч метров – это в нынешнее время что-то запредельное. Но двухплоскостная стабилизация орудия, хорошая оптика, лазерный дальномер и баллистический вычислитель дают нам возможность не мазать по серым коробкам с крестами на броне. Всю жизнь мечтал об этом. Конечно, лучше всего сейчас наводчикам, которые с азартом бьют это зверье, но и мой командирский глаз радует эта картина.

Всего минута, и средние танки у немцев кончились, совсем. Осталось только полсотни горящих гробов. Тем более что КВ и Т-34 сблизились с «чехами» на полкилометра и тоже открыли огонь. В лоб ни один из советских танков 37-мм пушка «чеха» не берет. А вот 76-мм бронебойный снаряд КВ и Т-34 на этой дистанции пробивает броню «мыльницы» от ЧКД.

Вспыхнули первые костры. Но их пока меньше, чем у нас, поскольку единственным дальномерно-вычислительным инструментом в танках того времени служит глаз командира экипажа, да и стрелять приходится с коротких остановок.