Где-то на краю света

– …еще раз спасибо всем, кто искал меня!

– …время новостей на радио «Пурга»!

В коридоре толпился народ и продолжалось безудержное ликование по поводу Лилиного чудесного спасения. Радиостанция встретила ее так, как будто она летчик Водопьянов, прилетевший на льдину, чтобы спасти экипаж «Челюскина», и ей то и дело приходилось напоминать себе, что в этом нет ничего странного. Просто на этой планете живут инопланетяне, что совершенно логично, как выражается полковник Багратионов. Инопланетянам почему-то есть дело до Лили, до ее жизни и смерти. Это никак и ничем нельзя объяснить, только инопланетным разумом.

– Молча-а-анова, ты просто ого-онь! Я тебя прям заслушалась! Ты ж в эфире сто лет не сидела-а-а!.. И с этим твоим подельником, – тут Юлька глазами показала на Преображенцева, который, натягивая куртку, что-то втолковывал Ромке Литвиненко, – вы просто идеальная пара!

– Юль, ну что ты говоришь?!"

"– В эфире я имею в виду, – быстро добавила Костина.

– Сошлись, как две половинки, – встрял Шахов, которому нравилась Юлька и хотелось ей угодить.

– Половинки, – сказала Юлька, – как известно, бывают у таблетки, у яблока и у жопы! У людей не бывает. Это вра-а-аки!

В конце коридора мыкался Лева Кремер и, как только Лиля посмотрела в его сторону, взревел, что прислан супругой Таней «за девочками», стол давно накрыт, водка греется – фельдшер Щупакин еще в восемьдесят втором году утверждал, что водка только теплой и хороша – а мясо, наоборот, стынет.

Лиля медлила, понимая, что ведет себя не слишком прилично, но Преображенцев все никак не мог оторваться от Литвиненко, а она должна его дождаться!

– Лиль, ну чего? Поедем? Там водка, слышишь, закипит скоро! И мне поговорить с тобой надо. Про Москву, столицу нашей Родины. Знаешь такой город?

– Да, Юль, сейчас.

Едва не свалив вешалку, она стащила с крючка юкагирскую кухлянку, напялила ее и решительно прошагала к директорскому кабинету. Ей казалось, что за ней наблюдает вся радиостанция и вся радиостанция понимает, что она пристает к диджею Преображенцеву.

– Олег.

Он оглянулся.

– Я уезжаю с Левой. И Юлька со мной.

Он кивнул.

Лиля стиснула костяную пуговицу. Пальцам стало больно, даже отдалось куда-то в локоть!

Ну, и достаточно, пожалуй.