Развод. Без права на прощение

Я поправила кепку на Мироне и после этого перевела взгляд на рыжую.

Улыбнулась, показывая идеальные белые зубы и протянула:

— Добрый день. Я Кристина, самая большая любовь Германа. А вы кто будете?

Девица хлопнула глазами. А потом придя в себя, улыбнулась.

— Анастасия…

Глава 15

А-на-ста-си-я…

Красивое имя.

И девушка красивая. Эффектная. Длинные рыжие волосы. Местами веснушки. Свежая кожа. Тонкие запястья. Серёжки в ушах в форме ракушек.

И она была любовницей моего мужа.

Который на все это однозначно запал. Потому что дома его ждала я.

Уставшая.

Без огня в глазах.

С бледной, а не светлой кожей. С мягким и тёплым цветом волос. Без украшений. Без косметики.

Но с его сыном.

Которого я рожала почти сутки. Как схватки начались так и не прекращались почти двадцать часов. Открытие не наступало. И я просила хоть что-нибудь сделать, но у нас кесарево просто так без показаний не делали. И воды не отходили. И просто сутки я выла от боли, которую никому не желала бы пережить.

Боль затопила сознание, и слёзы чуть было не брызнули из глаз, но я облизала губы и, протянув руку Насте, спросила:

— А вы коллега? Я вас не видела, когда забегала на днях… — произнесла с тонким намёком, и Настя убрала с губ улыбку."

"— Нет, — влез в опасный разговор Герман и потянул меня за руку к себе, задвигая за плечо. — Анастасия дочь нашего крупного заказчика и привозила документы…

Настя растерянно посмотрела сначала на Германа, потом на меня.

— А я думала новая секретарша, — расплылась я в улыбке. — Моему Герману мало одной секретарши. Он так много работает. Все сам поднимает. Так много работает. Да, Мирош?

Я дотянулась до сына и поправила на нем футболочку. Мирон вскинул руки наверх, помогая мне, и закивал головой, а потом выдал:

— Я на собрании был! А потом в прятки играли! Папа меня в шкафу не нашёл! Шкаф большой!

Ах ты мой родной…

Германа с Настей перекосило при словах про шкаф, и я, усмехнувшись, добавила:

— Да, шкаф шикарный.

В нем целого мамонта спрятать можно, не то что ребёнка или хрупкую девушку… — на последних словах я уставилась на Настю и словила жуткий всплеск ярости в ее глазах. У неё даже губы изогнулись в злой усмешке, но Герман снова встрял.

— Раз все познакомились, то мне пора. Анастасия… — Герман перехвалил ладонь Насти и пожал ее. — Рад видеть.