Брак на поражение

Удивление, шок, радость и щемящая душу нежность… словно мы вечность ждали друг друга, искали и только сейчас обрели…

— Люблю, — отвечает, впиваясь в губы новым поцелуем, чувственным, глубоким, выпивающим дыхание и заставляющим сердце биться словно сумасшедшее, — больше жизни люблю.

Хриплый шёпот дразнит, сводит с ума, а от услышанного и вовсе хочется мурлыкать, сытой кошкой. А ещё… так хочется, чтобы он не останавливался!

Безумие… но я готова раствориться в нём без остатка. Хочу забыть о боли и страхах, хочу почувствовать себя любимой и счастливой! Пусть монстры подождут, я расскажу всё, что узнала, но позже… когда согреюсь, сброшу оковы могильного холода…

Я так устала притворяться сильной…

— Виола, — новый поцелуй путает мысли, — нельзя…

— Можно, — шепчу, запуская руки в короткие волосы, — не могу без тебя…

Притягиваю ближе, скольжу ладонями по обнажённым плечам, наслаждаясь незнакомыми ранее ощущениями. Так сладко, горячо, остро…

Каждый поцелуй выжигает пережитую боль, исцеляет.

А магия сходит с ума, срывается с цепи, взрываясь миллионами осколков. Меня захлёстывают чувства и эмоции, мысли путаются и всё вокруг становится таким незначительным, неважным…

Всё… кроме горячих губ, ласкающих мою шею, ловких пальцев, которые играючи расправляются с мудрёной шнуровкой платья.

И я горю, схожу с ума, наслаждаясь умелыми ласками. С губ срывается тихий стон, когда Себастьян начинает покрывать поцелуями грудь. Платье шёлковой волной скользит по телу, и я приподнимаю бёдра, позволяя окончательно стянуть его с меня.

Мы созданы друг для друга, и я не хочу больше ждать…

— Любимая, — нежный дразнящий поцелуй, словно обещание большего, и Себастьян отстраняется. Но лишь для того, чтобы тоже избавиться от одежды.

Кусаю губы в нетерпении, завороженно скольжу взглядом по идеальному телу, покрытому замысловатыми татуировками и шрамами, каждый росчерк которых — целая история. Они не портят его… нет…

Пальцы покалывает от желания коснуться каждого из них, очертить контуры, а затем нежно поцеловать…

— Сокровище моё, — шепчет, впиваясь в губы жадным поцелуем.

И я тону в нахлынувших ощущениях, захлёбываюсь в них, глажу его спину, плечи. Со всей страстью отвечаю на ласки, пусть неумело, но искренне.

Горячая ладонь касается живота, скользит ниже, и я выгибаюсь дугой, сминая простыни, кричу, забыв о том, что нас могут услышать.