Брак на поражение

Будет подозрительно, если она спешно покинет «Золотого павлина» сразу после разговора с заказчицей.

— Агент Кусини, держите себя в лапах, — напомнил Леус, когда Валентин спустился на первый ярус, — никакой большой игры! Вам не дадут без проверки вынести большую сумму.

Из динамика раздался унылый тихий шкряб. Берти помнил о плане, хоть он ему изначально не нравился. Но Витторио пообещал после вылазки выплатить фамильярам двойной оклад и помочь с ремонтом бункера, поэтому подсчитав в уме доходы и расходы, кот пришёл к выводу, что ему в любом случае хватит на цветы и гарнитур.

На этом и сговорились.

— А он… козёл! — раздался из динамика знакомый нетрезвый голос. — И ты… козёл! В декольте мне смотришь, когда наливаешь, а на руке… обручальный браслет!

— Миссис, я…

— Молчи уже, — блондинка отмахнулась от побледневшего официанта, расплескав при этом половину бокала, — тошно от ваших оправданий! Пойду проиграю ещё что-нибудь! Жалко, мужа поставить нельзя… ик… папа злиться буде-е-е-ет… О! Опять ты!

— Дорогуша, не стоит так убиваться из-за мужчин! — заботливо сказала миссис Пемброу, отбирая у леди бокал.

— А из-за кого стоит? — растерянно уточнила блондиночка.

— Убиваться вообще не стоит, — усмехнулась кухарка, — лучше покажи мне, где здесь меняют фишки? Я впервые…

— Пошли! — схватив Валентина за руку, леди потащила его к огромной статуе золотого павлина. — Мне тоже фишки нужны! И вообще, я угощаю…

— Не стоит…

— Ты скучная, — скривилась блондиночка, швырнув кольцо под лапы павлина. Птица вспыхнула разноцветными огнями, а через миг украшение исчезло и на его месте появился стек из пурпурных фишек.

Двадцать магических пластин номиналом в пятьсот золотых монет каждая… лихо…

— Отличный бриллиант был, — присвистнул Леус, подсчитав стоимость колечка.

Из динамика раздался пронзительный шкряб. Кусини тоже посчитал цену камушка и едва сдерживался, чтобы не взвыть от подобного транжирства.

Посвятив столько лет игорному бизнесу, мой кот научился ценить каждую медную монетку. И при общей бытовой безалаберности, к заработанным деньгам относился с потрясающей бережливостью.

Не в силах сидеть без дела, Берти даже став фамильяром сколотил банду и организовал свой бизнес по поиску пропавших украшений. А те драгоценности, которые вольные находили случайно, относили в полицию. И, если в течение месяца за ними никто не приходил, по закону ценности отходили в казну, но банде Кусини выплачивали треть от их стоимости.