Игра на одевание

 – Какой сегодня познавательный день!

– Что бы все это, – Гуров обвел рукой место преступления, – ни значило, мы столкнулись с чрезмерной жестокостью. Такое делают с теми, кого люто ненавидят. Или на ком вымещают злость на весь свет. И готовы продолжать.

Санин указал на сломанный ноготь жертвы:

– Посмотрим, есть ли под ногтями чужая кожа, кровь.

– ДНК не помешает, – кивнул Гуров. – Хотя что-то мне подсказывает: в нашей базе его нет. Убийца не торопился. Его действия ритуализованы. Этот человек старше тридцати. Может, гораздо. Он опытен, возможно, проделывал такое не раз и уверен в своей безнаказанности. Усадил ее тут, как в витрине, то есть, по сути, заявил, что имеет право делать с ней все, что пожелает. Что имеет на это право.

– А если он попадался на чем-то более мелком? Изнасиловании, например? – Портнов вынул из клумбы серебристую кроссовку жертвы и аккуратно упаковал ее в мешок для улик.

– Мелком! – хмыкнула Армине, фотографируя голову жертвы. – Может, мы просто других убитых пока не нашли?

– Или не знаем, что это серия. – Гуров изучающе посмотрел на фасад свадебного бутика. – Интересно, работают ли камеры?

– Дохлый номер, – сказал Портнов и осекся, глядя на труп. – Извините. В смысле, камеры здесь не работают. Ни во дворике, ни с улицы. Сотрудники сказали: «Мы не можем нарушать слежкой психологический комфорт клиентов. Невесты и так нервничают из-за предстоящего торжества. Мы дарим им гавань, где их не настигнет стресс».

– Прямо слоган! – Армине сделала крупный снимок венка на отрезанной голове. – На камерах в переулке жертва и убийца точно должны мелькнуть.

– Мелькнули, – кивнул Портнов. – В пяти экземплярах. За углом был концерт группы «Колпак». Играют фолк-рок. Среди слушателей как минимум пять девушек в таком парике и костюме. Примерно одной комплекции, в толпе женщин-кошек, готических ведьм, жен кролика Роджера и принцесс Фион, Арий Старк, матерей драконов и Гермион. Так что…

Ароян осторожно убрала искусственные волосы и сфотографировала красивое, искаженное ужасом лицо.

– Мучилась долго. Значит – не хочу ему сочувствовать – все, что он с ней делал, отражает то, что когда-то делали с ним. Ее страдания – кривое зеркало его прошлого. Странно, что никто не слышал ее криков…

– Алкоголь или наркотик для изнасилований, – пояснил Санин. – Оба делают жертву расторможенной, дезорганизованной или, наоборот, заторможенной, сонливой. В таком состоянии человек может вообще не кричать.

– Не напоминай! В теме по уши.