Игра на одевание

Вне работы эксперт жила в каком-то собственном мире, и Гуров не был уверен в том, что она вообще отличает, какой год сейчас на дворе, если это не касается лежащего у нее на столе тела.

– У него очень странные анализы, – начала девушка, доставая планшет. – Для более полной картины требуется время, но все необходимые биоматериалы мы взяли. Согласно вскрытию, он погиб от разрыва аневризмы, стенки сосудов истончились, и произошло критическое кровоизлияние. Смерть была мгновенной, так что, когда он упал на рельсы, то был уже мертв. Я запросила его медкарту, но пока она еще не пришла…

Романенко кивнул и протянул Даше распечатку:

– Вот данные о его медосмотре при приеме на работу в посольство Кубы. У него была аневризма, Серхио держал ее под контролем. У себя дома в Варадеро он наблюдался у одного семейного доктора.

Даша просветлела при виде бумаг, как ребенок при виде любимого лакомства.

– О, спасибо! Сказать по правде, у него очень странные анализы крови, – повторилась эксперт.

– В чем странность? – Гуров даже не успел отметить, кто задал этот вопрос первым: он или Романенко.

– У него в крови найдены следы барбитуратов, он явно принимал протеин, может быть, ходил в спортзал. Пил очень много разных витаминов. Есть еще следы, если говорить простым языком – много кофеина. Все это ему даже по отдельности нельзя было, а он принимал все вместе. И вел слишком активный образ жизни для его заболевания, есть следы спортивных микротравм. Как будто совсем недавно он начал заниматься силовыми тренировками с не очень хорошим тренером.

– Так. А он точно умер от разрыва аневризмы? – спросил Лев.

– Пока недостаточно данных, чтобы доказать обратное.

Романенко еще раз просмотрел отчет:

– Ничего не понимаю. Намеренно убивал себя здоровым образом жизни? Это не похоже на Кубинца.

Гуров ничего не сказал. Станислав уже уехал в посольство.

– Я думаю, что нам нужно наведаться в его квартиру. Нужно осмотреться. Ты со мной?

Иван покачал головой:

– Надо бы. Но уже требует под свои светлые очи начальство.

Гуров кивнул, взял ключи и поехал по адресу. По пути он пытался понять, прав ли коллега.

Романенко уверен, что Кубинца убили. Он слышал, что Кубинец не хотел с кем-то встречаться, долго отнекивался по телефону и пытался перенести встречу. По словам фээсбэшника, в последнее время Кубинец был напряженным, иногда начинал нервничать, казалось бы, на пустом месте. Опасался находиться в людных местах. Потом он сказал, что согласился на важную встречу.