А мы любили (СИ)

Ты сдох. Ты просто сдох.

— Я здесь, — стоял он на своем. — Мать привет тебе передавала. Скучает. Говорит, скоро навестишь нас в аду.

— Нет, — девушка яростно сжала бутылек в ладони.

— Ма-ма! — милый голосок Алишера вернул ее в реальность, и она, наконец, открыла глаза. В дверях стоял ее сын и смотрел на нее, потирая глазки.

— Алиш, иди к маме, — протянув руки, она позвала его к маме.

Балансируя, он сделал несколько шагов и оказался в объятиях матери, которая прижала его так сильно, что он захныкал.

— Я тебя никому не отдам, — шептала Риана. — Меня никто не сломает.

Смартфон завибрировал на столе и ей пришлось отлепить от себя плачущего сына. На дисплее высветилось имя Даниала. Уж он точно не должен видеть ее такой и к его приходу ей не мешало привести себя в порядок.

— Даниал?

— Ты собрала ребенка? — он говорил строго и жестко.

— Да. Но он только встал.

— Буду через десять минут. Выведи его во двор, — приказал Ибрагимов.

Но ответить она не успела — он моментально бросил трубку.

Когда вчера Даниал заявил, что хочет взять Алишера на весь день, Риана очень удивилась. Он никогда раньше так не делал, а с малышом проводил максиму час. Разгадать его теперь бывшая ассистентка не могла. Потеряв доступ к информации, стало сложно на него воздействовать. Она-то надеялась попасть к нему в постель и в последующем крутить им по-своему, но он не пустил ее дальше того гостиничного номера.

В другой жизни, еще до переезда в этот город у нее уже был взрослый, состоятельный мужчина, старше неё лет на двадцать. Он многому ее научил и дал путевку в жизнь, которую она посвятила сведению счетов. Но и он был ее первой удачной манипуляцией. И из всех смертей, тянувшихся за Рианой черным шлейфом, она жалела только о кончине своего ментора. Ну и еще о внезапном уходе Закира, потому что если бы он был жив ей бы не пришлось сейчас мараться, и все бы пошло по-другому.

Вещи Алишера уже лежали в детском рюкзаке. Риана быстро одела сына, нарядилась сама и вышла с ним из квартиры. Даниал уже ждал у своей машины. Увидев папу, малыш оживился и захлопал в ладоши. Лицо взрослого в этот момент ничего не отражало, словно он нацепил каменную маску.

— Давай его, — велел он сухо, забирая малыша из рук Рианы. Даниал посадил его в детское кресло и зафиксировал ремни. Его поставили только этим утром, и мужчина еще толком не разобрался, но Алишеру нравилось, и он с интересом смотрел по сторонам.

— Привези в шесть. У него режим, — вздернув подбородок, заявила она.