А мы любили (СИ)

Даже, когда Алишер спал, он поворачивался на правый бок и прятал ладошку под щекой, совсем, как старший сын Даниала. Это было одновременно удивительно и страшно…

Четыре года назад

Парень так сильно давил на звонок, что Риана хотела накричать на него и прогнать, укрепив, тем самым свои позиции. Но открыв дверь, передумала, потому что он все-таки был таким наивным и чистым, как белый лист, на котором можно было написать все, что угодно. Она удивлялась: как при таких деньгах он не стал циничным и наглым мажором?

А он все смотрел на нее влюбленными глазами и застыл в ожидании.

— Ну что ты опять здесь делаешь? — обреченно вздохнула Риана, пропуская Закира в квартиру. — Я же просила оставить меня в покое.

— Знаю, ты хочешь расстаться. Но я не могу без тебя.

— Закир, я сказала: нет. У нас нет будущего! — тихо взмолилась Риана.

— Я никуда не поеду. Ни в какой Оксфорд. Мама поддержит меня. А папа… он потом поймет.

— Что он поймет? — с жаром переспросила девушка. — Он скорее убьет меня!

— Не убьет. Я скажу ему, что люблю тебя.

Парень подошел вплотную и положил руки на ее гибкую осиную талию. Как же он мечтал об этом, пока ехал к ней на такси. Машину родители покупать отказались — мол, слишком молод, походи пока пешком. Зак привык им подчиняться, потому что слово отца было законом, а мама как всегда слишком переживала."

"Закир был высоким, как отец, и многие считали, что ему уже девятнадцать и даже чуть больше. В школу он пошел в семь, хотя собирался в шесть. Но за несколько дней до начала учебного года мальчик сильно заболел пневмонией и мама решила, что первый класс подождет, пусть сын лучше окрепнет. Джамиля вообще сильно тряслась над ним после этого, и решение отпустить его за границу далось ей нелегко. Но мальчик вырос. И у него появилась не только своя жизнь, но и тайна. Через три месяца Закир должен был улететь в Англию. Но дома его держала одна особенная девушка, в которую он влюбился с первого взгляда, когда однажды заехал после школы к отцу. Он навсегда запомнил, как она подняла на него свои красивые черные глаза и это хватило, чтобы пропасть. На тот момент он только перешел в одиннадцатый.

Риана не сбросила с себя его руки. Она коснулась пальцами переносицы и покачала головой.

— Зак, твой папа меня придушит, уволит с волчьим билетом, когда узнает, что мы натворили.

— Я не дам тебя в обиду. Я смогу тебя защитить, — стоял он на своем.

Она подошла к нему и коснулась его щеки.