А мы любили (СИ)

— Даниал, — строго кивнул пенсионер бывшему зятю, демонстрируя, что не разделяет восторга своей жены.

— Папа, — коротко отозвался мужчина. Он по-прежнему так его называл, потому что даже после развода они сохранили хорошие отношения. И Даниал понимал, что Гариф недоволен его поведением и зол на него из-за измены."

"— Джама, если что-то будет нужно, позвони и я сразу приеду, — сестра обняла Джамилю и тоже поцеловала ее на прощание. — Когда тебя выписывают?

— Наверное, завтра.

— Я могу приехать и отвезти тебя домой, — предложила Галиюша.

— Я сам ее отвезу, — пробасил Даниал, а девушка только молча хмыкнула.

— Вот и хорошо. Наша Джамиля в надежных руках. Все Галия, на выход, — подгоняла мама, которой уж очень не терпелось уйти.

Когда за ними, наконец, закрылась дверь, Даниал посмотрел на Джамилю сверху вниз, а она под его пристальным, но мягким и теплым взглядом зарделась и опустила глаза.

— Как ты себя чувствуешь сегодня?

— Неплохо, — Джамиля враз облизнула губы и принялась разглаживать на домашних брюках невидимые складки. — Лучше, чем вчера.

— Правда, завтра выписывают?

— Угу.

— Так я приеду? — наблюдая за ее рассеянностью и тем, как ярко вспыхнули ее щеки, он усмехнулся про себя. И как-то мгновенно воспрял духом и приосанился, поняв, что все еще смущает ее, как это было прежде, в старые, добрые времена.

— Ну приезжай, — вздохнула, переплела пальцы и подняла на него глаза.

Даниал снова не удержался, когда заглянул в них и увидел то, что искал. Он тот последний прерванный поцелуй еще долго прокручивал в памяти и с досадой думал о том, что его можно было продлить, если бы не вездесущая дочь.

— Спасибо, что больше не отталкиваешь меня, — заметил он.

— Я многое переосмыслила, пока лежала здесь, — спокойно сказала она. — И решила, что надо прекращать вести себя, как маленькая девочка. Мне все-таки сорок семь, — усмехнулась, вспомнив мамины претензии.

— Ты никогда себя так не вела, — он взял стул, стоявший у окна, поставил его рядом с кроватью и сел на него. Теперь они смотрели друг другу в глаза.

— Давай будем честными. Мы оба не прошли самый главный экзамен в нашей жизни — проверку горем, — заявила Джамиля. — Ведь говорят: “в богатстве и в бедности, в болезни и в здравии, в горе и в радости”. Мы были друг с другом и в бедности, и в богатстве. Но не смогли сохранить семью в горе. Мы облажались, — грустно проговорила Джамиля и Даниал накрыл ее ладони своими. — Человеческий мозг уникален и удивительно устроен.