Вождь. «Мы пойдем другим путем!»

Однако возле храма Вишну он да, крутился. Правда, потом куда-то пропал.

Ничего Петру Сергеевичу не осталось, кроме как ждать.

День прошел. Второй. Третий.

Он расставил по всем ключевым местам местных мальчишек, а сам мирно сидел в теньке и ломал голову над тем, что же на самом деле происходит. Ведь не походил Владимир на шпиона. Какие игры у него могли быть в Индии? Тем более в такой глухой провинции.

В конце концов Петр Сергеевич не выдержал и решил тщательно осмотреть храм. Днем, разумеется.

Местные служители охотно пошли ему навстречу и с радостью провели экскурсию. Однако удовлетворения она не принесла. Савичев нутром чувствовал, что этот странный лейтенант где-то здесь. Но где? Так что пришлось ему возвращаться в храм ночью, потому что днем его не пустили в подвалы. Дескать, там захоронения, склепы и не стоит их беспокоить. А других мест, дабы укрыться, там больше не имелось.

Крался Савичев очень осторожно. Буквально на ощупь. Прижимаясь к стене, несмотря на сплошную мглу, из которой чуть-чуть выбивались небольшие призрачные островки желтоватого огня от факелов и масляных светильников.

Вот он тихо-тихо спустился в подвалы, миновав дремлющего служителя Вишны.

Вот стал углубляться…

Но тут чутье его буквально взвыло, заставив вжаться в одну из ниш и чуть ли не перестать дышать. И не зря. Потому что спустя несколько мгновений в едва заметном отблеске огня от масляной лампы появился силуэт, похожий на человека. Весь в черном, обтягивающем. Даже лицо укрыто маской. А вместо глаз какие-то странные выступы. Причем в руках ночной гость держал что-то, отдаленно напоминавшее Петру Сергеевичу огнестрельное оружие, только чрезвычайно необычное и непонятное, с непомерно толстым стволом.

Тот постоял минуту в тени, тщательно всматриваясь в коридор да прислушиваясь. И лишь после того, как там проскочила крупная крыса, успокоился… произнеся, к удивлению сотрудника жандармерии… по-русски:

– Орел, я Беркут. Отбой.

А спустя несколько секунд:

И удалился, ступая очень тихо. Да и вообще, двигаясь так, словно видел вокруг замечательно. В темноте!

А Петр Сергеевич пытался унять дико стучащее сердце. В эти секунды ему казалось, что оно так громко колотится, что его вполне могут услышать эти странные существа. О том, что ЭТО всего лишь люди, мыслей у него в голове не промелькнуло. Ночью в древнем храме не каждый день встречаешь таких… такое…

Ни малейшего желания продвигаться дальше у него больше не имелось, как и сомнений, что свидетели тут никому не нужны.