Вождь. «Мы пойдем другим путем!»

Поэтому при такой схеме крепления брони корабль разваливается уже после первых попаданий. И стремительно тонет, так как лопнут сварные швы. Ведь так?

– Это официальное мнение Адмиралтейства и не мне его оспаривать, – уклончиво ответил Фишер.

– Но вы с ним не согласны?

– Мало для кого является секретом то, что грядет война между Испанией и Соединенными Штатами. Эти корабли успевают принять в ней участие. Они входят в отдельную королевскую эскадру, а значит, сразу не сдадутся. Вот и посмотрим, как такая схема держит удар. Да, Адмиралтейство имеет все основания считать так, как вы сказали, но лично я хочу проверить. Вы же знаете, что только практика позволяет доказывать или опровергать теории. В конце концов, я лично знаю Владимира и уверен, что такой человек, как он, глупостей делать не будет.

– Что же, разумно, – кивнул руководитель Foreign office.

– Идем дальше. На этих броненосцах тоже стоят десятидюймовые пушки в качестве главного калибра. Точнее, на йоту меньше, потому что Владимир сделал их двухсотпятидесятимиллиметровыми. Он, видите ли, считает французскую систему измерения более перспективной.

– А какова длина стволов?

– Сорок пять калибров. По крайней мере, официально. Как там на самом деле – я не знаю. С рулеткой померить их мне не дали, а на глаз вполне похоже. Но я бы и больше дал, хотя не понимаю, зачем ему занижать эти характеристики.

– И как вы оцениваете эти орудия?

– Очень неплохо. Стрельбы проводились на дистанцию в сорок кабельтовых. И они показали неплохую кучность. Признаться, я удивлен. Не ожидал такого от русских. При этом нужно отметить, что они расположены в удобных, просторных башнях. Скорострельность, правда, умеренная, всего полтора выстрела в минуту, но для России это хороший результат.

– Вижу, пушки вам понравились.

– Да, можно сказать и так. Испанцы так и вообще в восторге. Уверен, что если выучить испанцев этим чудом пользоваться, то они смогут доставить массу неприятностей североамериканским морякам.

– Положусь на ваше мнение, – кивнул руководитель Foreign office. – А что с машинным отделением? Вы туда спускались?

– Это было непросто, но я напросился.

– Русские что-то скрывают?

– Отнюдь. Паровые машины тройного расширения. Котельные отделения. Угольные ямы. Ничего необычного, если не приглядываться.

– А если приглядеться?

– Качество. Я никогда не встречал такого качества изготовления механизмов.