Притворись, что мы вместе

Из какой-то передачи про путешествия всплыла картинка прекрасных заснеженных гор, яркого солнца, веселые толпы отдыхающих на очереди к подъемнику. Полина стояла в ярко-красном костюме, прижимала к себе уже заляпанные снегом лыжи, улыбалась и махала рукой. В машине появился легкий аромат «Шанель».

В целом на дорогу ушло полтора часа. Главные ворота клиники оказались закрыты, и я бросила машину рядом. Только теперь я заметила, что напротив клиники есть небольшой скверик и даже две маленькие ажурные скамеечки. Будет приятно летом выйти и посидеть в одиночестве.

Коридоры плавали в тишине. На праздники в общих палатах больных почти не оставалось. Дежурная медсестра сообщила, что, кроме дежурного эндокринолога, никого из врачей не было до вчерашнего вечера, в два ночи позвонил главный, попросил вызвать нового реаниматолога и приготовить реанимационную палату, в три привезли Вербицкую, состояние которой оказалось совсем тяжелым: она была уже практически без давления. Медсестра смотрела на меня изучающе, но явно положительно оценила мое появление в семь утра с целью увидеть больную.

– Заодно и оцените новое рабочее место.

Наверное, и это тоже. Но гораздо приятнее встречать своих бывших пациентов на улице, или в магазине, или в метро, веселых и жизнерадостных, чем приходить вот так и сталкиваться лицом к лицу с собственным бессилием.

Я кралась как вор по пустынному коридору до реанимационной палаты. Чем ближе, тем сильнее пахло свежевыкрашенными стенами. Дверь приоткрыта, напротив палаты – комната персонала.

Потянуло кофе. Помешкав секунду, я решила сначала заглянуть и поздороваться, ведь работать еще вместе долго.

За столом сидел большой лысоватый мужик лет сорока пяти, настоящий Шрек. Он оторвал взгляд от компьютера и посмотрел на меня вопросительно, вместо «здравствуйте» произнес отработанное больничное:

– Вы к Вербицкой? Посещения после часа дня.

– Я Лена Сорокина, эндокринолог. Буду с вами тут работать.

Он даже улыбался как Шрек: щеки разъезжались в стороны на большое расстояние.

Он торопливо встал так, что чуть не свернул стол (комнатка явно была для него мала), протиснулся между вешалкой и шкафом для бумаг и протянул огромную лапу.

– Привет, напарник. Я так и думал, что приедешь. Саша Смолин. Из Мариинки перевелся. Хотел с десятого уже, но вот вызвали. Первая больная. Насколько я понял, твоя дамочка?

– Я тут полистал: твоих выписок целая пачка. Бабуся, я смотрю, никак не хотела в этом мире задерживаться чуть дольше.