Пуговка от бывшего мужа. Исцелю любовью (СИ)

Уснула… Здесь, на кровати.

Уверен, как только разбужу её, она подпрыгнет и побежит к Поле, боясь, что дочка проснётся и испугается из-за отсутствия мамы. Но я хочу провести время с женой. Поговорить, если смогу сделать это.

Аккуратно ложусь рядом. Обвиваю тоненькую талию рукой, притягиваю её к себе. Она мычит, разлепляет глаза и утыкается ладошками в мой торс.

– М-м-м, прости, я, кажется, задремала.

– Нет, это я задержался.

Слабо улыбается, но тут же на её лице появляется беспокойство.

– Какая помощь тебе нужна? Болит что-то? – параллельно ощупывает мой торс и делает ещё хуже. Она безумно вкусно пахнет, соблазняет одним своим присутствием.

– Ага, душа.

– Я серьёзно!

– И я, – отвечаю мягко, поцеловав её в висок. Ника миленько смущается, выглядит сейчас в моих руках такой нежной, ласковой, уязвимой… Не похожа на ту Веронику, которую я видел всё это время. Она занимала оборонительную позицию, пряталась под коркой льда. А сейчас её стены пали, растаяли, как лёд под огнём, раз она позволяет себя обнимать и целовать.

Прижимаю к себе ещё сильнее.

Не могу на неё толком смотреть. Лёгкие стискивает от удушающего чувства вины.

Я и раньше корил себя за жестокий выбор, но старался не думать о прошлом. Но теперь, когда я знаю, что Поля – моя дочь, всё становится только хуже. Вина пропитывает душу и тело, как и злость на самого себя.

– Ник, – произношу её имя, прикрыв глаза. Вдох-выдох. Ненавижу вспоминать тот момент из жизни. Но делаю это. – Прости... что сделал тебе больно.

Я извинялся перед ней только в мыслях. Множество раз. В нашей прошлой жизни эти слова вылетали непроизвольно, лишь как отмашка. А сейчас искренне, с полным осознанием содеянного.

– Я поступил мерзко, думая только о своих желаниях и переживаниях. Всему виной мои надуманные опасения. Я банально не хотел становиться отцом. Заботы были другие.

Ощущаю, что она почти не дышит. Нервно перебирает пальцами на моей груди, постукивая по коже.

Ей наверняка больно вспоминать об этом. Как и мне. Я подонок и не отрицаю этого.

– Наверное, стоило сказать раньше, но мысль о ребёнке всегда вгоняла меня в страх. Не потому что я ненавидел детей. Ты ведь понимаешь, что быть популярной личностью и держать личную жизнь втайне – необычайно тяжело. Люди порой не понимают, что творят.

Вспоминаю одно из происшествий – кирпич, запущенный в окно её квартиры. Благо, никто не пострадал.

Раньше, когда мы только сошлись, в сторону Ники сыпались угрозы.