Мошенники

И уж если полиция знает что-то, то об этом скоро узнают все. А тогда мой сын сам разыщет этого человека и наверняка убьет его. Нет. — Она снова покачала головой. — Можете посадить меня в тюрьму, если вам этого так хочется, можете задерживать меня как соучастницу… или как это там у вас называется. Делайте что угодно. Можете говорить, что это я собственными руками убила свою дочь. Можете действовать. Но я не хочу новой крови на моих руках. Нет.

— А Клер знала обо всем этом?

— Я не знаю, что знала, а чего не знала Клер.

— Но она же подготовила все для того, чтобы ваша дочь…

— Я не знаю ничего о том, что она делала.

— А не мог этот парень взять и жениться на вашей дочери, миссис Гленнон? — задал вопрос Мейер.

Молчание.

— Ну, я задам вам еще только один вопрос, — сказал Карелла. — И всей душой надеюсь, что на него вы дадите ответ. Я хочу, чтобы вы знали, миссис Гленнон, что мне крайне неприятно и неловко разговаривать с вами на все эти темы. Я очень не люблю говорить об этом. Я даже думать не люблю о таких вещах. Но я знаю, что ответ на этот вопрос вам безусловно известен, и я хочу, чтобы вы обязательно ответили на него.

Молчание.

— Кто сделал ей аборт?

Молчание.

— Кто?

Молчание.

И вдруг она резко произнесла:

— Доктор Мэдисон. Это в Маджесте.

— Благодарю вас, миссис Гленнон, — мягко сказал Карелла.

Сидя в машине, направляющейся в неблизкую Маджесту, уже добравшись до моста, старого как мир и покрытого копотью и грязью, Мейер с Кареллой все еще продолжали обсуждать, что же все-таки могло произойти.

— Чего я никак не могу понять, — сказал Карелла, — так это, чего ради Клер оказалась впутанной во все это.

— Мне это тоже кажется странным. Это совсем на нее не похоже, честное слово, Стив.

— Но ведь это совершенно точно, что именно она сняла эту комнату.

— Тоже верно.

— И она должна была встретиться с Эйлин, значит, она наверняка знала, что Эйлин собирается сделать аборт.

— Это точно, — сказал Мейер. — Но тут какое-то странное противоречие. Ведь она работник социальной службы… и при этом очень хороший работник. Она же прекрасно должна была понимать, что склонение к аборту противозаконно. Она знает также, что хоть какое-либо участие в этом означает соучастие в преступлении. Предположим, что она каким-то образом умудрилась не знать таких вещей, будучи работником социального обеспечения, но ведь она должна была понимать это, будучи девушкой полицейского. — Мейер огорченно замолчал.