Дерзкий морпех

Достав из-под жилета мятую пачку сигарет, заглянул внутрь и попросил Погожего: – Иван, посиди на стреме, а мы пока перекурим. – Младший сержант молча кивнул и, положив автомат себе на колени, присел у арки входа.

Они втроем сидели в углу возле раненого бортача, жадно затягиваясь горьким, но сейчас таким сладким дымом дешевых сигарет.

– Трудно моим будет, – сплевывая попавший в рот табак, проговорил вертолетчик Мухин. – Я с женой уже два года как в разводе, ну а алименты платил регулярно, да и так сына не забывал. Каждый отпуск брал его к родителям в деревню. А теперь когда ему еще за потерю кормильца начислят.

– А у моих все будет в порядке, – уверенно и безразлично произнес Латышев. – Дети уже взрослые, устроятся…

– А жена, как в песне, «найдет себе другого», – скупо усмехнулся прапорщик.

– Алексей Алексеич, ты же говорил, что у вас с Анютой такие отношения. Просто закачаешься, – с недоумением спросил Кутягин.

– Говорил, а кому понравится себя называть «рогопилом». Вот так вот, братцы. Слаба на передок оказалась моя Анька. Или ты думаешь, Егор, я от нечего делать всю дорогу сидел в части и специальной подготовкой пацанов изматывал? Да и сюда поехал, потому что достала.

В бастионе наступила неудобная тишина.

– А моя Вика как пришла ко мне в офицерское общежитие, так все время со мной. Вроде и детей нет, ничего не связывает, а как собачка привязалась.

– Ну, значит, паря, у тебя еще не все потеряно, – размазывая окурок по стене, проворчал Латышев…

На опушке чеченцы тем временем наводили минометы на бастион заставы. Из леса поспешно подносили последние ящики с минами. Сабир с ненавистью смотрел на дымящиеся стены бастиона, его сердце на части раздирала неистовая злоба к этим русским. Какие бойцы были под его командованием, больше сотни, а теперь не наберется и трех десятков. Да и в атаку они сейчас пойдут, потому что пришлось отдать весь свой опиум. Мысль о наркотике полоснула от сердца к паху, в висках застучала кровь, давно уже не получавшая привычную дозу дурмана. Сопротивляться этому желанию не было никаких сил. Лихорадочно вскочив со своего места, он почти бегом направился к небольшой группе моджахедов, которые по кругу пустили толстую самокрутку. Выхватив окурок, Сабир сделал несколько глубоких затяжек, потом плотоядно оскалил зубы и буквально выдохнул:

– Я им бошки резать буду, лично…

– Товарищ полковник, дивизион «Смерчей» на позиции, координаты цели уточнены, – доложил офицер связи комбригу. – Ждут команды на открытие огня.