Страсти-мордасти рогоносца

– Наверное, твоя жена уже родила.

– Здорово. Как его назвали?

– Юра. В честь моего отца.

– Но твое настоящее отчество другое.

– Да я уж и забыл, какое оно.

– До сих пор под прикрытием? – задала я вопрос, который не следовало озвучивать.

– Без комментариев, – усмехнулся Гри.

Я решила сменить тему беседы.

– Зачем я тебе понадобилась?

– Сообразил, что ты узнала во мне мужа.

– Мой супруг Иван Никифорович.

– Если докапываться до сути, то нет. Ведь наш с тобой брак официально не расторгнут.

– Неверно, – возразила я.

 – Нашего союза словно и не было, все записи о нем уничтожены. И мой Гри мертв. Мне сообщили о твоей кончине. Все. Конец.

– Нет, мертв, – вздохнула я. – Таня Сергеева никогда не была знакома с Виктором Юрьевичем Ростовым, который сидит в ее машине.

– Запомнила, – улыбнулся собеседник.

– Это профессиональное, – кивнула я. – Необходимая информация сама прячется в особом уголке мозга.

– Ты сильно изменилась.

– Ты тоже, – не осталась я в долгу.

– По-прежнему дружишь с Димоном? – спросил Гри.

– И с Лапулей, – дополнила я. – А как Марта?

– Я думала, вы вместе.

– Нет. Как тебе живется с Иваном?

– А тебе с Григорьевой Маргаритой Яковлевной? Она из наших?

– Вот и поговорили, – пробормотала я. – С какой целью ты залез в мою машину?

Гри быстро заговорил:

– Тань, я понимаю, у тебя сохранилось ко мне чувство. То, что мы столкнулись в загсе, это случайность, которую невозможно было предвидеть.

– На таких случайностях агенты и горят, – уколола я того, кто когда-то был моим мужем.

– Я никому не сообщил о нашей встрече.

– Нехорошо иметь секреты от законного мужа, – подколол меня Гри.

– Ты прав, – согласилась я. – Сегодня же исправлюсь, доложу Ивану за ужином о нашем с тобой разговоре.

– Да? Зачем тогда ты укоряешь меня в обмане мужа?

– Мы, кажется, начинаем ссориться.

– Нет. Все хорошо. Говори, зачем пришел.

– Давно перестала это делать, – вздохнула я. Хотела спокойно улыбнуться, и тут в мою душу острыми когтями впилась горькая обида, которая не дала продолжить беседу в прежнем тоне, якобы равнодушном.

 – Как ты мог? Определенно знал заранее, что будешь работать под прикрытием, готовился…

– Ничего мне не сказал!

– До такой степени не доверял?

Я стукнула Гри кулаком в лоб.

– Сам заткнись! Несколько лет я рыдала по ночам, зная, что вместе нам больше никогда не жить. Но мне было так страшно за тебя! Все думала: вдруг Гри на самом деле погиб? Почему ты ни разу не дал мне знать, что жив?

– Это было невозможно.