Наваждение Монгола

– А чего сам не пришел, здесь и весь инвентарь для приятного разговора имеется, – ржач дебила.

– Охрану утроить велел, не в духе босс. Нерадивая невеста, видать, интересное рассказывает. Понять хочет. Может, она сама убежала с любовничком. Не наше дело. Короче. Наше дело груз доставить. Исполнять!

Дверь захлопывается, а у меня пелена перед глазами. Ярослава.

Собираюсь. Наконец, один из охранников наклоняется, чтобы проверить мое состояние. Вскидываю голову, встречаюсь с широко распахнутым шокированным взглядом. Удар головой. Один выведен, второй хватается за оружие, а я со всего маха подпрыгиваю на стуле и ломаю его вдребезги, падая.

Все происходит за секунду, так что пока второй охранник только тянется к рации, запускаю в него куском поломанного дерева.

Забираю оружие. Выхожу в коридор. Включается привычный режим. Тела отлетают, параллельно обезвреживаю нападающих и пополняю собственный боезапас. Игра на выживание в реальном времени.

И пока руки работают. В голове только одна мысль. Ярослава. Одна. Наедине со зверем.

Тело не чувствует боли. Выхожу из домика и направляюсь прямо в особняк.

Плохая идея была брать в плен Палача.

Забираю у одного из охранников телефон, набираю номер, который знаю наизусть.

– Я на хате у Айдарова.

Отвечаю коротко. Этот номер знаю только я, и если звоню по нему, значит, все пошло к чертям неправильно. Лекс знает.

– Только не говори, что ты в дерьме.

Голос Ставра ироничен…

Так бывает всегда, когда друг собран и готов к действию.

– Скоординируй людей."

"Отвечаю спокойно, и прежде чем отбрасываю мобилу, слышу короткое:

– Не сдохни. Гун.

Вскидываю взгляд в сторону особняка. Однажды. Очень давно пацан оказался тут и просил…

Просил о милосердии, которого никогда не было.

И вот спустя годы я снова тут. И хотя планировалось все иначе. Я все еще разыгрываю свою партию.

Ярослава

– Ну что же, Ярослава, что молчишь?

Проводит пальцем по моему лицу, а я отшатываюсь, не могу вытерпеть, даже это касание омерзительно, прикладываю ледяные ладони к пылающим щекам.

– Тебе сказать нечего?

Улыбается многозначительно и снимает пиджак, отбрасывает в сторону небрежно, как-то зловеще, а мне в этом жесте угроза видится.

– Женой ты мне уже не станешь, жаль.

Говорит вроде и с сожалением, однако я ощущаю в каждой букве только иронию и зловещее предзнаменование, но уже в следующий момент с улицы раздаются оглушительные хлопки, звуки сильно напоминают перестрелку.

В ту же секунду мобильник Айдарова верещит.