Наваждение Монгола

И как я мог принять какую-то девку за нее…

Непохожая ни на кого. Отчаянно смелая. Многие черты в ней удивляют. Кто бы мог подумать.

Присвоенная. Невеста. Врага.

Закрывает веки на мгновение, прячется от меня, собирается и лицо меняется, она улавливает ритм, настраивается, а я тереблю четки. В идеале должно помочь удержать контроль.

– Танцуй.

Командую. Время истекло. И раз она решила показать характер, то пусть идет до конца. Еще один урок, который выучил когда-то, а сейчас подвожу ее к знаниям.

Не пацан давно. Вот только от одного созерцания у меня тело прострелило, запылало и штаны давить начали.

А когда задвигалась…

Сначала слегка качнулась, словно оживая, легкий удар бедрами в такт барабану, женщин было много, не присматривался никогда особо, приелось все.

Оказывается, я еще могу чему-то удивляться. И раз за разом именно эта бунтарка заставляет меня хотеть понять, что еще она в себе таит.

Отворачивается от меня, кружит в своем танце. Достаточно невинном в сравнении с тем, что привык видеть, но…

Чертовка умеет обращаться со своим телом. Читал в досье, что она занималась танцами, но такую страсть в ней увидеть не ожидал.

Умопомрачительная девочка. Не знает сама, что в ней сокрыто, а вот шакал учуял…

Срываюсь. Не удерживаюсь, когда оказывается в моих руках, нападаю на эти губы, сминаю с яростью, ощущаю мягкость ее тела под пальцами и все же она сопротивляется, отталкивает, отрезвляет.

Выпускаю ее, даю продохнуть. Рассматриваю и меня ведет от вида распластанного подо мной тела.

Отпускаю. Отхожу. А она кричит. Обвиняет. Просит.

Слишком много эмоций. Ярослава сама себя не понимает.

Говорит о моем прошлом, а я ее раны вижу, возьму ее сейчас, все равно надумает, что из жалости, или еще чего в этой голове родится.

Сломаю. По-любому."

"– Отпусти свое прошлое! Посмотри на меня! Ты ведь хочешь меня, ведь должны же быть у тебя чувства?! Неужели не видишь, как я люблю…

– Ярослава!

Прикрикиваю. А она бледнеет. Напугал.

Дверь в мое прошлое закрыта навечно. Я захлопнул ее, похоронив всех, кто был дорог, по ту сторону. Но память жива, как и жгучее, яростное желание дать прочувствовать шакалу все то, на что он обрек меня.

– Просто скажи, что я нужна тебе.

Шепчет и глаза полны слез. Запутавшаяся птичка. То ненавидит, то любит. И ответа у меня сейчас нет. Даже для самого себя.

– Я отпущу тебя, Ярослава.

– Что?! О чем ты?!

– Ты свободна.

А дальше разговор с Лексом. И четкое указание. Дать свободу.