Монета Александра Македонского

– Вот, обратите внимание – у меня есть замечательная коллекция пластинок Изабеллы Юрьевой… впрочем, вам это имя вряд ли что-нибудь говорит. Она была звездой довоенной эстрады, ее называли королевой патефона, белой цыганкой… ее слава была поразительной! Некоторые ее шлягеры пережили свою первую исполнительницу: «Если можешь, прости», «Только раз бывают в жизни встречи», «Сердце мое», «Мой нежный друг», «Синий платочек»…

– Синий платочек? – переспросила я, услышав знакомое название, – но ведь это, кажется, Шульженко…

– Первой исполнительницей этой песни была Изабелла! – И старик жестом фокусника протянул мне маленькую старую пластинку в потертом бумажном конверте. Тут же он вытащил из своих завалов старый патефон, открыл крышку (изнутри вырвалось облако пыли, так что у меня засвербило в носу), поставил пластинку и крутанул ручку. Как ни странно, патефон ожил, заработал, и на весь магазин зазвучал низкий хрипловатый голос, сопровождаемый ревматическим скрипом и потрескиванием старой пластинки…

«Синенький скромный платочек падал с опущенных плеч…»

– Да, может быть, вы правы… – протянула я. – Только я вообще-то пришла не за этим…

– Не за этим? – Он ничуть не огорчился, остановил патефон и спрятал пластинку. – Тогда, может быть, вас заинтересуют старые открытки? У меня есть замечательные экземпляры…

– Вообще-то нотариус Винетутов сказал мне…

– Винетутов – жулик, – не задумываясь, проговорил старик. – Жулик и невоспитанный человек…

Тут выражение его лица переменилось, он внимательно посмотрел на меня и протянул:

– Так вы… вы – Тося?

– Ну да, – честно призналась я. – Правда, обычно меня называют Тоней, но это неважно, вы можете называть меня как хотите… в общем, я – Антонина Гусакова.

– Как я рад! – Он запрыгал вокруг меня, размахивая руками, как ворона крыльями. – Как я счастлив! Казимир, посмотри, это она, это племянница Валерии Львовны!

Я не сразу поняла, к кому он обращается.

Он смотрел в угол магазина, где вроде бы никого не было, только плотная темнота. Но приглядевшись внимательно, я разглядела в этой темноте два тускло мерцающих зеленых огня и поняла, что старик разговаривает с котом.

– Познакомьтесь, – продолжал квохтать старик.