Монета Александра Македонского

Он помог Антонине подняться с пола и проговорил в свою рацию:

– Все, сыграно! Можно демонтировать аппаратуру! Звукооператор, группа спецэффектов – всем спасибо, все свободны! Как всегда, все было на уровне!

Затем он повернулся к клоуну и пожал ему руку:

– Василий Степанович, вы сыграли отлично! Станиславский был бы вами доволен!

Клоун, снимая яркие лохмотья, улыбнулся:

– Ну, мне и самому гораздо интереснее, чем на детских утренниках серого волка играть. И опять же деньги гораздо более приличные…

– …И она является каждое утро с завтраком. То кашу в котелке несет, то пирожки в корзиночке, как Красная Шапочка! И все окна открывает – говорит, что мне нужен свежий воздух! И генеральную уборку в магазине устроила, все вещи переворошила! И еще грозится меня в сквер гулять водить…

Я отнесла мобильник от уха, потому что в ушах звенело от крика. Наконец мне удалось вклиниться в бесконечные жалобы.

– Но Никодим Никодимович, миленький, она же хочет как лучше…

– Тоня, ну за что вы мне ее подсиропили? – горько вздохнул старик. – Ну что я вам плохого сделал?

Я усмехнулась. После того как Никодима выписали из больницы, я решила поехать отдохнуть. У следователя, который вел дело об убийстве Лидии Воробьевой, ко мне претензий не было, снова пришлось обращаться в фирму «Муза дальних странствий», и они все уладили. Но денег осталось только на однокомнатную квартиру. Да еще перекантоваться несколько месяцев и на море съездить. Так я и решила сделать, пока деньги не кончились, а там уже буду думать насчет работы.

Я подала документы на развод с мужем, он был не против. Свекровь освободили до суда под подписку о невыезде, адвокат предъявил кучу каких-то справок, похоже, что она вообще от зоны отвертится. А жаль.

Кое-какие денежки я все же дала Никодиму для того, чтобы подремонтировать помещение магазина и обновить ассортимент. Старик страшно обрадовался и с жаром окунулся в новое дело, тем более я разрешила ему пожить в квартире Валерии Львовны, чтобы коту Казимиру не было так одиноко. Но, уезжая, я попросила соседку Ревмиру Спартаковну присматривать за стариком. И она поняла мою просьбу буквально, то есть принялась таскаться в магазин по пять раз на дню. Болонка Матильда, кстати, вела себя прилично, поскольку побаивалась Казимира. Но старушка окружила Никодима заботой. Ничего, привыкнет как-нибудь, а потом я вернусь.

Я потянулась на лежаке и подставила ноги ласковому солнышку.