Монета Александра Македонского

Но сегодня я понял, что эликсир существует и слухи о его целительной силе ничуть не преувеличены, и решил любой ценой поговорить с вами…

– И как же вы это поняли?

Теперь мы стояли по разные стороны тротуара, мимо проходили люди, так что я нисколько Роберта не боялась.

– Я узнавал о состоянии Никодима Никодимовича, и мне определенно сказали, что он при смерти и вряд ли доживет до утра. Потом я увидел, что вы пришли к нему, а потом… потом сестра сказала, что больному стало гораздо лучше, что с ним буквально чудо произошло! Ну, тут уж я смог сложить два и два – ваш визит и его чудесное исцеление!

Ишь как обрадовался, что все верно вычислил! Может, он думает, что я сейчас растаю и паду к его ногам вместе с эликсиром? Вот просто возьму и отдам первому попавшемуся проходимцу то, что мои родственники берегли тысячу лет? Или две?

То ли я от злости проговорила эти слова вслух, то ли Роберт прочитал мои мысли, но он как-то сгорбился, понурился и тяжко вздохнул. Я ощутила мимолетное удовлетворение, но тут же решила, что действую неправильно.

Разумеется, я ничего не знаю об этом человеке, и вел он себя со мной нечестно, но нужно порасспрашивать о нем Никодима Никодимовича, навести справки. Ладно, этим я займусь потом.

– Роберт, этот разговор очень важный, нельзя его вести на улице, – строго сказала я.

– Так поедем куда-нибудь, посидим и поговорим в спокойной обстановке! – оживился он.

Ну что за человек! Твердит о важном деле, а сам норовит девушку в ресторан заманить!

Роберт снова прочитал все по моему лицу и стушевался.

– Я подвезу вас… – пробормотал он. – И… вы позволите вам позвонить?

Так-то лучше! Теперь играть будем по моим правилам. А правила мои такие: никому не доверяй и никому про себя ничего не рассказывай. Исключение сделаю только для Никодима Никодимовича, он и так про меня много знает.

Роберт довез меня до дома, я попрощалась с ним холодно, потому что не могла простить ему обман. Пускай цель у него благородная, но для того чтобы влезть ко мне в доверие, он притворился не тем, кто есть на самом деле, выдумал больную сестру… нет, так дело у нас не пойдет, я не доверяю ему до конца. Да и вообще я давно уже поняла, что нужно рассчитывать только на себя.

Первым, кого я увидела, войдя в квартиру, был грач. Он сидел в прихожей на старом обшарпанном шкафу, больше похожем на гроб, поставленный вертикально. Я заметила грача только потому, что привычно подняла голову в надежде отыскать кота, ведь это было его излюбленное место.