Дерзишь, темненькая моя?! (СИ)

Вот это действительно шокирует."

"— Ты преувеличиваешь, - я отодвинула штору на окне кареты, чтобы впустить свежего воздуха. Внутри стоял просто кошмарный запах перегара. Малика постоянно принюхивалась, но видимо, не могла сообразить откуда такая вонь.

— Нет, как раз преуменьшаю. Где ты ночь провела, Рояна? — голос подруги стал строже, похоже, кто-то включился в режим старшей сестры. - И не говори, что столь специфический запах в нашей карете тут просто так появился. Открывай двери, дышать же нечем.

Кажется, меня спалили.

Что же придется отвечать почти правду. Распахнув дверцу, я сокрушенно пробормотала:

— Напилась с бродягами и заночевала в какой-то полуразвалившейся избе на грязном полу, а потом меня, видимо, сюда притащили, — честно призналась я, скрыв кое-какие моменты.

— И все? — Малика недоверчиво на меня покосилась. Я утвердительно закивала головой. - А я уж себе напридумывала. Но ты бы не стала от меня ничего скрывать, так же?

Я опять закивала как болванчик.

— Точно? — настойчивость подруги начинала раздражать.

— Я ведь сразу сказала: напилась и проспалась, — врать близкому человеку было неприятно, но сказать правду - откровенно страшно.

Дверь захлопнулась, и карета тронулась с места.

Малика нервно завозилась на сидении и поправила и без того безупречно сидящее на ней дорогое зеленое бархатное платье. Подружка явно готовилась к встрече с родственницей и желала произвести на нее хорошее впечатление.

Чем дольше мы ехали, тем сильнее нарастала нервозность ведьмочки.

Она вздрагивала от каждого скрипа, боясь, что карета сломается. Выглядывала из окошка и стремилась разглядеть очертания первых домов деревни. Мяла и разглаживала подол платья.

— Малика, — заметя, как подружка в очередной раз схватилась за ткань одежды, я накрыла ее руку своей, — успокойся. Ты выглядишь прекрасно. Ты выросла достойной женщиной. Ты замужем за профессором боевого искусства, за мужчиной, чей род знает свои корни на двадцать поколений назад, а то и больше. Тебе нечего переживать.

Если тебе там и будут не рады, то не потому что с тобой что-то не так, а потому что они с приветом. Успокойся, выдохни и улыбнись. Осталось совсем немного.

Малика действительно сделала глубокий вдох и тихо выдохнула:

— Ты не представляешь, как мне страшно. Я тут подумала, а что если это опустившиеся люди. Представь, как мне стыдно будет!

— Перед кем? — хмыкнула я. — Передо мной? Ты знаешь всю грязь, что скопилась в моем благородном семействе.