Моя твоя дочь

– А я знаю! Вы мне подарите братика или сестричку! Это уже не сюрприз, я слышала, как тетя Роза говорила дяде Саше, что тоже хочет быть беременной, как мама.

Ну вот, сюрприз не удался. Макс смеется, говоря, какая смышленая у нас дочурка. Она тянет ладошку к моему животу, требуя, чтобы малыш пошевелился.

- Еще не время, малыш очень маленький, - объясняю, и вдруг вспоминаю про снимки с Узи, так и лежавшие в сумочке. – Зато ты можешь увидеть его.

Дарьяна долго разглядывает черно-белое фото, поворачивая его.

- Так ничего же непонятно! Каля-баля какая-то, - ворчит девочка, смешно надувая губы. – И где тут мой братик?

Этого и я не могла сказать с уверенностью, но тоже разглядываю снимок и даже пытаюсь показать.

Мы задерживаемся в палате на целый час, мне нужно обсудить с Максом переезд, а Дарьяна устраивается с раскраской на подоконнике, не мешает нам. Теперь она спокойна, мама и папа вместе, и любят ее. Даже в детском саду всех со мной познакомила.

- Ну что там, перебрались в квартиру? – спрашивает любимый, целуя мои пальцы. Он постоянно ласкает меня взглядом, задерживаясь на плоском еще животе. Мой Макс вернулся.

- Нет конечно, столько вещей, что придется фургон нанять, - укоряю будущего мужа, завалил дочку одежками и игрушками.

Два дня назад приехал хозяин дома, и нам с дочкой и няней пришлось собирать вещи, начать переселяться в квартиру, документы нашлись в кабинете, в знакомой зеленой папке. Мужчина не торопил нас с переездом, сказал, что его семья приедет только через месяц. Но, если честно, мне было уютнее в квартире, которую купил любимый для нашей семьи. Это было наше собственное жилье.

Возникла небольшая проблема со щенками, сразу двоих тащить в городское жилье мне не хотелось, и я боялась, что дочка закатит истерику, если попытаюсь оставить одного из них. Но она и тут оказалась мудрой, подарив Эмилю песика, забрав с собой маленькую Джилли. А мы с Эмилем пообещали, что будем иногда встречаться, чтобы погулять с собаками.

Через две недели я забрала Макса домой. Бедняга еще скакал на костылях, но был счастлив, оттого что избавился от больничной опеки. Я же не знала, как нам с ним устроиться теперь, жить в разных спальнях, или поселиться в одной. С тревогой ждала вечера, на всякий случай подготовив свободную комнату. Но любимый сам решил, что мы муж и жена, а это значит, что я должна спать под его боком. Да я с радостью согласилась.

Одно только огорчало меня – дел было столько, что я не смогла поехать к Анне и поговорить с ней.