Далекий мой, единственный...

Живут они с мужем хорошо, у нее интересная работа, звонит, собирается весной приехать на пару недель. Тимка по ней скучает. Ждет не дождется, часами по телефону болтают.

Они расстались возле такси, которое поймал Илья, – ему пора было ехать в гостиницу за вещами и в аэропорт.

– Обязательно поцелуй за меня Тимку, передай привет своим родителям и расскажи моим, что я в порядке, – прощаясь, проговорила Юлька.

– Передам, – пообещал он, открывая дверцу ожидающего его такси. – Ну все, Рыжик, пока! Очень рад был тебя увидеть.

Он наклонился к ней и поцеловал ничего не значащим поцелуем, в щечку. Дружески, братски, легко и непринужденно, как в ее детстве.

– Я тоже очень рада была тебя увидеть! С наступающим, Ильюша!

– И тебя, Юленька! – отозвался Адорин.

Он повернулся к ней спиной, придержал рукой полупальто, собираясь сесть в машину, но в последнее мгновение оглянулся – хотел сказать то, чего избегал весь день, попросить прощения, что ли, да не знал, что сказать ей на прощание.

Но и уехать так, без объяснений, сделав вид, что ничего не было, тоже не мог.

Повернулся и остолбенел, налетев, как на стену, на Юлькин взгляд!

Господи, боже мой, что же плескалось в ее глазах!

Юлька, не ожидавшая, что он обернется, перестав притворяться и скрывать за наигранной бравадой и беззаботностью свои чувства, смотрела на него, как смотрит человек, потерявший все! В бирюзовых глазах плескалась непереносимая боль, прощание навсегда и… любовь!"

"Илья интуитивно подался к ней, рванулся – спасти, согреть, защитить от всего на свете! Но она отшатнулась, резко повернулась и зашагала прочь.

Илья хотел кинуться за ней, догнать, объяснить что-то, но Юлька шла так, что по ее походке, движениям было совершенно и однозначно понятно: если он хочет ее остановить, то может сделать это только единственным способом – навсегда!

Ей не нужны, да она и не примет, утешения, пустые слова, оправдания, ее не надо спасать и жалеть, ей нельзя даже сочувствовать! Ее можно только забрать – совсем, навсегда!

«Ну!!!» – заорал он на себя мысленно и…

И отступил! Во второй раз!

Ссутулился, придавленный непомерной ношей, сел в такси, назвал гостиницу водителю, закрыл глаза и откинулся на спинку сиденья.

И уехал. А через час улетел в Москву.

ЮЛЯ

Юлька очень старалась. Она контролировала каждое свое слово, жесты, движения, интонации, даже вдохи и выдохи. У нее устало лицо от постоянно удерживаемой на губах улыбки.