Далекий мой, единственный...

Поэтому Юлька согласилась на предложение Дениса не раздумывая и увлеклась, загорелась. Сидела ночами над эскизами, моталась по строительным рынкам и магазинам, ругалась со строителями, иногда сама хваталась за инструменты и показывала, как надо делать.

С Кириллом теперь они встречались только по воскресеньям, и он продолжил их экскурсии по Питеру.

Он был интересным рассказчиком, обладавшим обширными знаниями и умением их преподнести. И, надо признать, интересным мужчиной – немного циничным, самоуверенным до холодности, немного пресыщенным жизнью, позволяющим себе налет скуки в поведении.

С женщинами он держался слегка надменно, снисходительно, не хамски, без пережима и мужского шовинизма, совсем нет, но эдакая отстраненность и некое превосходство, подчеркивающее его многоопытность, присутствовали в манерах Кирилла."

"Юлька с удивлением видела, что женщины притягивались к нему, как мотыльки к свету, как к запретному плоду, покупаясь именно на это, но сама не подпадала под его, без сомнения сильную, мужскую харизму, удивляясь про себя: «А, собственно, почему?»

Кирилл не ухаживал за ней в традиционном понимании ухаживания – не дарил цветы, не назначал свиданий, не приглашал в рестораны или кафе, не пытался поцеловать или заигрывать.

Он звонил или заходил и отдавал приказание:

– Пошли!

И Юлька шла, ожидая с нетерпением, что Кирилл расскажет, покажет, каким сегодня преподнесет ей свой город. А в рестораны и кафе они заходили, когда уставали от длительных прогулок.

– Пойдем поедим, – говорил Кирилл, приглашая ее в какое-нибудь ближайшее заведение.

И оказывалось, он хорошо знал те места, куда они заходили «поесть», советовал, что взять, поясняя, какие блюда здесь наиболее удачные. По пункту «поесть» у них произошло первое столкновение: Юлька решительно заявила, что за себя платить будет сама, Кирилл, снисходительный к женским капризам, по-барски небрежно отмахнулся:

– Не глупи, платить буду я.

– Нет, – ответила она твердо.

– Ну, ты выступила, дала понять, что вся такая независимая и самостоятельная, что тебя на кабак не купишь, и достаточно.

Я понял, проникся, но платить буду сам. И попрошу без дебатов!

– Нет! – повторила она и обратилась к подошедшему официанту: – Посчитайте, пожалуйста, нам отдельно.

Кирилл разозлился, собрался что-то сказать, далеко не в нежных тонах, но Юлька его опередила:

– Все! Как ты выразился, никаких дебатов!

Он внимательно на нее посмотрел и промолчал.