Мой чужой папа (СИ)

Японский напиток оказался достаточно крепким и уже через два часа новый водитель помогал мне максимально красиво увести Горыныча. Водитель господина Ямагути справлялся лучше, а быть может организм японца был более устойчив к саке?

В любом случае будущие партнеры тепло распрощались у дверей ресторана и договорились завтра встретиться в офисе и обсудить уже предложенный Золотовым договор.

— Сергей, отвезите нас с Зинаидой в городскую квартиру, а Леонида Григорьевича домой.

— Нет. Я еду с вами на квартиру, — возразил начальник, почти протрезвев на свежем воздухе. Может, стоило на улице дольше постоять? Тогда бы Горыныч быстрее пришел бы в норму.

Мысль о том, что Леонид будет ночевать у меня… у него… у нас… черт, просто в городской квартире мне не нравилась! Я прекрасно помнила встречу с его женой и повторной не желала. Только я ведь не могу запретить мужчине ночевать в его собственной квартире? Или могу?

Я осторожно посмотрела в сторону Леонида Григорьевича.

Босс старался сидеть ровно и дышать в сторону. Я, несмотря на то, что ни капли спиртного не пила, чувствовала легкое головокружение и небольшое опьянение. Так что сейчас была благодарна мужчине, что он не усугубляет мое положение.

Кресло с Николашей занимало много места в салоне. К тому же шофер установил его как-то не так… ближе к центру что ли. Я была буквально зажата между ним и боссом.

Поездка с каждой минутой становилась все пикантнее. Ладонь Леонида Григорьевича гладила мою коленку, при том, что сам мужчина продолжал смотреть в окно. Словно его рука жила отдельной жизнью и он сам не в курсе подходящего.

Я должна была скинуть “нахалку”, но от нее шло тепло, которое согревало меня. Безумно хотелось перестать держать спину ровно и откинуться на сидения, но тогда наши плечи и бока будут прижаты друг к другу.

Я заглянула в окно — до дома еще минут пятнадцать, если не встанем в пробке, а спина уже ноет. Стараясь не привлекать внимание, я немного покрутила шеей и слегка размяла свое плечо."

"А затем всего миг, и вот я уже почти лежу в объятьях Горыныча. Его рука по-свойски обняла меня за плечи, а губы мягко коснулись шеи. На секунду, но мне хватило, чтобы жар пробежался по телу и разгорелся огнем внизу живота.

Я хочу его еще сильнее, чем утром. Леонид Григорьевич сел вполоборота, и мне наверно почудился его голодный взгляд. Не может же он тоже хотеть меня?

Мир исчез, босс загипнотизировал меня.